Дурман

Я же… – Зиар ударил толстой пачкой по столу, шелест денег раскаленным ножом прошелся по сердцу Влады, отрезая от мифической и такой желанной свободы. – Я же пока тебя потерплю. Ибо… Старая карга жила двойной жизнью. Я ей дал приют. Она взамен – деньги и… тебя. Да, и не зыркай на меня своими глазищами. Ты – часть моей стаи и сделаешь, как я хочу. Иначе…

Иначе… иначе… иначе…

Влада чувствовала, как земля уходит из-под ног. Гордо вскинула голову, сжав руки в кулаки.

Луна с этими деньгами. Она заработает другие.

Как оказалось, и с этим возникли проблемы.

Она устроилась работать администратором в салон красоты. Проработала неделю, ей выдали аванс. Она, счастливая и довольная, уже распределившая, какую часть денег отложит, а что потратит на продукты, пришла домой, чтобы… попасть в руки Дария.

– Гони деньги, шавка.

– Да пошел ты!

В тот раз он сладил с ней, потому что она не ждала нападения. Отнял все до копейки. А еще заявился в салон и устроил там скандал, после которого Владу и попросили."

"Она поняла – ее целенаправленно загоняют в угол. Не дают и шанса на свободу. Девушка металась по кухне, ища выход.

А потом пошел слух, что Зияр договорился с каким-то альфой. Собрался отдать девушек в обмен на покровительство.

– Вот и заживем припеваючи…

Влада смотрела издалека на альфу и поражалась – неужели Зияр ничего не видит и ничего не понимает? Ее деньги он уже спустил. Но надеяться и искренне верить, что собирается заключать равнозначную сделку… Луна, да кому нужны они – его девочки?

И была абсолютно ошарашена, когда поняла, что и она – часть сделки. Ей об этом заявил ухмыляющийся Дарий: «Или будешь подо мной, или будешь подо всеми, поняла, шавка!»

Деньги были нужны срочно. И она решилась на авантюру, которая почти удалась. Почти… Владе не надо было возвращаться в стаю, надо было сразу уезжать. Она бы так и поступила, но, уходя на «дело», забыла часть наследства бабки – ампулы и кое-какие документы. А бабка взяла с нее клятву, что рабочие дневники не попадут в ненужные руки. На вопросы Влады она ничего не отвечала, хранила молчание, чем изрядно обижала внучку. Значит, сберечь некие записи она должна, а знать, о чем они – нет?

Дарий ее поджидал. Он как чувствовал, что она задумала.

– Что на сей раз, шавка? Мало тебе было салончика? Куда на этот раз подалась?

Влада не ответила – сразу ударила коленом по паху Дария и рванула на кухню. Там ножи, лишь бы успеть.

Не успела.

Оборотень оказался сильнее. Схватил ее и нанес несколько ударов по лицу и по животу.

– Чтобы знала свое место, тварь.

Деньги забрал.

Влада, лежа на полу кухни, захлебываясь от боли и крови во рту, поскуливая, ругала себя на чем свет стоит. Зачем вернулась… Зачем… Но клятва бабки, данная на крови, привязала ее к документам сильнее любого замка.