Егерь. Системный зверолов

Солнце уже клонилось к закату, и жара спадала. Сколько уже времени прошло? После еды клонило в сон, но я умылся ещё раз и потряс головой.

Вернулся в сарай, чувствуя, как усталость накатывает тяжёлыми волнами, будто кто-то повесил мне на плечи мешок с камнями. В руке был только заточенный серп.

И как, а точнее, какую ловушку на горностая можно сделать?

Пригодных досок в сарае не было, только щепки и обломки, разбросанные по пыльному полу. Я присел на корточки, потирая ноющие ладони. Ловушка должна быть лёгкой, но прочной, чтобы зверёк не прогрыз стенки и не выскользнул. Плетёная клетка из ивовых прутьев — первое, что пришло в голову, но без верёвки и гвоздей всё усложнялось.

— Плетёная ловушка — слишком долго, — пробормотал я, оглядывая сарай.

Но как сделать, чтобы захлопнулась? Камень как противовес? Нужна подходящая верёвка, но из чего?

Я вспомнил огород — там росло полно травы, может, что-то подойдёт для этих целей? Сил плести не было, но вдруг найдётся что-то готовое, прочное? Вышел наружу, чувствуя, как ноги гудят.

Сорняки в огороде здесь стояли стеной, некоторые по пояс. Я присел, разглядывая траву. Сначала подумал о крапиве — её волокна прочные, жгучие, но не страшно, можно и без перчаток нарвать. Пожжёт, да пройдёт.

Раздвинул стебли серпом, стараясь не порезаться. Среди зелени мелькнуло что-то знакомое — высокая трава с длинными, тонкими стеблями, похожими на крапиву, но без жгучих волосков. Листья были узкими, чуть шершавыми, а стебли — гибкими, но упругими, как тонкие верёвки.

— Это что, лебеда? — растерянно пробормотал я, трогая стебель. — Нет, точно нет.

Похоже на крапиву, но не жжётся. Никогда такую траву раньше не видел.

Сорвал один стебель, потянул — он выдержал, не порвался.

Похоже, что это можно использовать как верёвку. Я провёл пальцами по стеблю — он был прочным, слегка липким от сока, но не ломким.

Срезал серпом несколько штук, проверяя их на разрыв. Один оказался слишком тонким, порвался сразу. Другой был толще, но внутри гнилой — не годится. Наконец, я нашёл несколько крепких, около метра длиной. Они не рвались, даже когда дёрнул посильнее.

— Сойдёт вместо верёвки, — пробормотал себе под нос и вернулся к иве у речки, чтобы нарезать прутьев для каркаса.

Решил сделать простую ловушку — каркас с дверцей, которая захлопнется под весом камня. Серп врезался в ивовые ветки с хрустом, но лезвие иногда соскальзывало, и чуть не порезало руку. Я чертыхнулся, но продолжил, срезая тонкие, гибкие прутья. Некоторые были слишком хрупкими, ломались при сгибе. Другие — слишком толстыми, не годились для лёгкой конструкции. Наконец, я набрал десяток подходящих и потащил их в сарай.

Там свалил прутья на пол и сел рядом, чувствуя, как сердце колотится от усталости.