Егерь. Системный зверолов
Воздух пахнет хвоей, вокруг - июльская тайга. Я – егерь, знающий её как свои пять пальцев, иду на кабана. А потом, бац — выстрел и темнота. Очнулся, а мне… семнадцать лет. И зовут теперь Максом.И вот я в слабом теле этого больного парнишки, которого местные сторонятся. На моих руках - красные татуировки зверолова.Мне нужно поймать своего первого питомца, выжить и помочь семье. Освоиться в этом сумасшедшем мире. В мире, где люди прячутся за шаткими стенами, борясь за выживание, а леса полны магических тварей.Я научусь быть Звероловом и использую все свои знания.С моим опытом и «Звериным Кодексом» это не составит труда. Потому что лес - он везде одинаковый, его просто нужно читать. А это я умею лучше всего.
Они переглядывались между собой и о чём-то тихо переговаривались, их лица выражали обеспокоенность.
Где-то в толпе разглядел Стёпу. Парень выглядел растерянным и взволнованным, то и дело поднимался на цыпочки, пытаясь получше разглядеть происходящее.
— Так никто не сможет сказать, что мы действовали несправедливо! — торжественно объявил Ефим. — Если Максим здоров, как утверждает, то все сомнения развеются, и он сможет жить нормальной жизнью и станет Звероловом, как его уважаемый почивший отец. А если…
Он не договорил, но подтекст был ясен всем.
Лекарь Больд шагнул вперёд, его серые глаза спокойно оглядели толпу.
— Всё просто, — заговорил он ровным, профессиональным тоном, — процедура проверки безвредна. Мой новый питомец, Светлокрыл, обладает редким даром «просвета». Он может определить состояние здоровья любого живого существа.
— А где его обычный глазастик? — хмуро прошептала Ирма и повернулась к Ольге. — А?
Та лишь неуверенно пожала плечами в ответ.
Лекарь указал на своего необычного питомца, который грациозно поднялся на лапки.
— Светлокрыл приложит лапки к телу пациента и погрузится в магический транс, считывая внутреннюю энергию организма.
Простая система, чёрт возьми. Но как же неубедительно выглядит.
Что-то в поведении Светлокрыла меня смущало. Зверь был явно встревожен, его золотистые глаза то и дело искали взгляд хозяина, а лапки нервно перебирали по деревянным доскам помоста. Похоже, я уже знаю, что произойдёт. Вот же старый хрыч, неужели готов даже на такой шаг?
— Максим! — позвал староста, широко улыбаясь.
Двое местных стражников — крепких парней с дубинками на поясах — мягко, но настойчиво отстранили маму и Ирму, освобождая мне путь.
— Всё будет хорошо! — крикнул я через плечо, стараясь звучать уверенно.
Поднялся на помост, чувствуя на себе сотни взглядов. Деревянные доски скрипнули под ногами. Лекарь кивнул мне с профессиональной вежливостью.
— Ложитесь на спину, молодой человек, — сказал он, указывая на расстеленную на помосте белую ткань.
Я лёг, глядя в серое небо, где далеко виднелся тёмный разрез Раскола. Площадь притихла, слышались только шорох ткани и чьи-то нервные переговоры. Ещё чуть-чуть и всё закончится.
Светлокрыл осторожно приблизился ко мне. Его перламутровые крылья сложились за спиной, а большие золотистые глаза внимательно изучали моё лицо. В них я увидел не просто звериный интеллект, а почти человеческое понимание происходящего.














