И один в тайге воин

Давно пора было провести перевооружение казацкого воинства, да всё руки не доходили. Да они и сами неплохо справлялись, – закончил он, подмигнув насупившемуся атаману.

– Вот пусть так и дальше будет, – нашёлся Мишка. – Нам, главное, не мешать. А с остальным мы справимся.

– Это верно, – невесело усмехнулся казак.

– А вообще, ты меня крепко удивил, Миша, – снова вздохнул офицер. – И винтовки, и гранаты, и мортира эта твоя… Страшно подумать, до чего ещё ты додуматься можешь.

– Ежели совсем туго станет, я такого напридумываю, что хунхузы собственной тени бояться станут, – зло оскалился парень. – Есть у меня ещё идеи. Но те задумки я делать стану только в крайнем случае. Уж больно там всё неприятно, – нехотя признался он, вспомнив про противопехотные мины.

– Вот и не делай, – поспешил осадить его буйную фантазию контрразведчик. – Как-нибудь и без них справимся.

– Знаю я, как наши генералы справляются, – не сумел промолчать Мишка.

– Михаил! – одёрнул его офицер. – Не надо произносить того, о чём потом пожалеть придётся.

– Ладно, молчу, – скривился парень.

Атаман, слушая их разговор, хлопнул парня по плечу и, широко улыбнувшись, заявил:

– Не грусти, Миша. С Дону выдачи нет. А твои задумки мы сами пользовать станем. А казацкому воинству все чиновники, вместе взятые, не указ.

– Атаман, даже то, что он живёт в станице и является вашим зятем, не делает его неприкасаемым, – осторожно напомнил контрразведчик. – Осмелюсь напомнить, что Миша не реестровый казак и вообще не казацкого рода."

"– Зато он в нашем реестре как следопыт прописан, – злорадно отозвался атаман. – А уж их мы можем привлекать столько, сколько потребуется.

– Ловко, – помолчав, оценил офицер. – А по военному времени его никто и тронуть не может, потому как сотня постоянно в боевой готовности. И правда, ловко.

Слушая их, Мишка только глазами хлопал. Так и не найдя нужного уложения, он вынужден был ориентироваться в местной казуистике только по наитию или консультируясь с атаманом. В общем, известие о его прописке куда-то стало для парня новостью. И нельзя сказать, что неприятной. Во всяком случае, выходило, что, пока идёт война, его могут задержать только в том случае, если он примется открыто нарушать законы империи.

Во всех остальных случаях все обвинения будут отложены до окончания войны. А там или ишак сдохнет, или эмир. А если учесть, что казаки несут службу по охране границы постоянно, то любое обвинение может лежать до скончания веков.

«Приятная новость», – подумал парень, задумчиво поглядывая на контрразведчика.

– Вот только не вздумай этим нахально пользоваться, – тут же отреагировал тот, заметив его взгляд. – Не посмотрю, что нужен. Лично закатаю туда, куда ворон костей не занашивал.