И один в тайге воин

– А что сказать-то? Как я объясню, с чего? – неожиданно растерялась девушка.

– А так и скажи, что Танюшка меня попросила сделать. А я ей ни в чём отказать не могу. А станет говорить, что дорого, отвечай, что нам дочка дороже. И что это Светланке её за дружбу с крестьянкой и за душу светлую. Так и скажи, – улыбнулся Мишка. – А мальчишки-то у неё взрослые? По сколько им уже?

– Так старшему в этом году тринадцать стукнуло. Пора уже к воинскому делу приучаться, а у них на всех одна справа отцовская, – вздохнула Настя.

– Понятно, – кивнул Мишка и, поднявшись, вышел.

Вернулся он обратно, неся в руке японскую винтовку из тех, что откладывал на продажу, и кисет с парой десятков патронов.

– Вот, и это ей отдай. Для старшего. А если ерепениться начнёт и про деньги говорить, отвечай, ежели мне надо будет, так мальчишки её отработают. Будут мне в делах всяких по хозяйству помогать.

– Сделаю, – улыбнулась Настя и, подхватив подарки, унеслась.

* * *Охота на копытных и засолка мяса на зиму прошли в авральном режиме. Мишка вкалывал без продыху, одновременно постоянно подгоняя своих помощников. Сыновья Торгата были заняты на засолке и копчении, а также на промывке золота.

Там командовал Илкен. Паренёк быстро научился пользоваться паровым моторчиком, и дело шло весело. Ежедневно он приносил Мишке от одного до трёх килограммов шлиха.

Мишка, помня своё обещание, уже привычно отливал из него килограммовые слитки и украшал их своим клеймом. Торгат, пару раз полюбовавшись на их работу, только вздыхал и молча отходил в сторону. Не понимая такой его реакции, Мишка, однажды не выдержав, осторожно спросил:

– Что-то не так, Торгат? У тебя такой вид, словно болит что-то.

– Всё так, Мишка, – помолчав, грустно усмехнулся охотник. – И всё не так.

– Не понимаю тебя, – тряхнул головой парень. – Мы что-то испортили?

– Нет. Вы сделали всё осторожно. Даже ям после себя не оставили. Я о другом говорю.

– О чём?"

"– Всё изменилось, Мишка. Охотники учатся не зверя добывать, а золото роют. Не станет меня, и очень скоро они забудут о заветах предков. В города уйдут. И не станет племени.

– Рано ты их хоронишь, Торгат, – сообразив, о чём речь, улыбнулся Мишка. – Это сейчас они, пока молодые и любопытные, хотят знать всё и обо всём.

Но скоро это пройдёт, и они вернутся сюда. Здесь они родились, сюда и придут. Люди всегда стараются вернуться к истоку. Так всегда бывает.

– Ты говоришь так, словно жизнь прожил, – проворчал Торгат, удивлённо поглядывая на парня.

– Я книги люблю, Торгат. А в них собрана вся мудрость мира, – осторожно пояснил парень.

– Вся? Без остатка? – иронично поинтересовался охотник.

– Вся та, что смогли познать люди. Но, думаю, осталось познать ещё больше.

– Вот теперь я тебе верю, – улыбнулся охотник.