Если ты простишь (СИ)

Пустые белые стены, минимум вещей, словно человек тут и не живёт вовсе, а только и мечтает сбежать в любой момент.

Я с порога поцеловал девушку, она ответила взаимностью. Прижал её к стенке, грубо сжав запястья. Шёпотом спросил, не против ли она, если будет пожёстче.

Она кивнула.

И во мне тут же проснулся какой-то дикарь, вышедший из пещеры.

Я делал ей больно. Шлёпал, царапал, рвал одежду, лизал и кусал повсюду, совершенно не думая о партнёрше… Как будто, раз она кивнула на моё предложение устроить секс пожёстче, не нужно и пытаться почувствовать, что ей нравится, а что нет.

Я даже не успел толком раздеться, когда услышал плач.

— Чёрт… Какой же я ублюдок… Тоня, прости, Соня, Сонечка, прости меня, пожалуйста… Я думал, что тебе тоже нравится…

— Нет. Я ненавижу боль… Просто ты захотел… — всхлипывая, пробормотала Соня.

Захотел? Я не понимал, чего я хотел. Но в тот момент мне точно хотелось провалиться сквозь девять этажей, подземную парковку, все слои земной коры и сгореть в магме от стыда.

Не знаю, сколько раз в тот вечер я извинился. В какой-то момент уже Соня начала меня успокаивать, что ничего страшного не произошло, что она сама согласилась и не надо драматизировать.

Остаток встречи до глубокой ночи мы с ней просидели на кухне, распивая чудовищный по вкусу коньяк, оставшийся у неё от бывшего, курили сигареты, не выходя на балкон, и изливали друг другу душу, словно ничего и не было.

Я ей всё рассказал. Вообще всё! И про Лиду, и про Леру.

Соня поливала их всевозможными ругательствами, поддерживая собутыльника.

— Дуры они! Такого мужика упустили…

Стыдно признаться, но мы даже песни пели. А какой был репертуар — никто никогда не должен узнать. Её соседей придётся запугать или убить, чтобы молчали.

Как оказалось, влюблённость Сони в меня давно прошла. С тех пор она успела начать встречаться с каким-то «козлом», расстаться и разочароваться в идее наладить личную жизнь.

Звучало до чёртиков знакомо.

Хорошо посидели. Я пьяный вдрызг полетел на такси домой ближе к утру.

Помню только, что по дороге не мог перестать вспоминать секс… Но не тот, который чуть не случился с Соней, а тот, что был между мной и Лидой несколько месяцев назад, когда она ухаживала за мной во время болезни.

Даже тупой от алкоголя голове наконец стало понятно, что с Соней я хотел повторить то, что было с Лидой той ночью.

И дело не в том, что мне так понравился грязный грубый секс. Нет, это всё же не совсем моё. Мне нравится проявлять жёсткость и даже некую дикость, но причинение боли — это не для меня.

Так что не о сексе я скучал, а о жене.

Бывшей жене, незаменимость которой обретала всё более аксиоматический характер, как я ни пытался себя утешать и убеждать, что слишком тороплю события, что одиннадцать лет брака за полгода не изжить.