Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)

Поймав мой взгляд, он меланхолично сказал:

— Не хочу простудиться.

Рационально мыслит. Но сам я куртку надеть не успел. Толпа вынесла и меня, и Серёгу на улицу. Оказалось, что всё это время в пансионат пытались попасть охранники, но бесконечный поток выбегающих наружу детей не дал им этого сделать.

— О боги! Да сколько вас тут?! Живее! Живее! А то всё здание сгорит к чёртовой матери! — ругался заросший охранник, держа в руках ведро с водой.

— Степаныч! Чёрный ход закрыт. А Никодим это, домой ушел. Сбегать за ключом-то? — спросил запыхавшийся мужчина лет тридцати.

— Вот тварь! Отвечает за технику безопасности, а сам чёрный ход запер. Идиот. — выругался заросший. — Нет, не нужно. Пока ты сбегаешь, тушить уже нечего будет. Идём.

Из пансионата выбежал последний ребёнок, и два мужика рванули тушить пожар. Вдалеке слышался вой пожарной машины, но пока она приедет, эта парочка скорее всего справится с огнём. Сергей отвёл меня подальше от остальных и прошептал:

— Это что было?

— А? О чём ты говолишь? — нахмурился я, не понимая, что именно его интересует.

— Я видел, как рядом с твоей кроватью появился Прохоров и выбежал в коридор.

А после начался пожар.

— Тебе плиснилось, — ответил я, понимая, что меня поймали на горяченьком.

— Миша, я не спал после того, как на тебя напали. И всё видел. Что это было? — требовательно спросил Серёга.

Я вздохнул и вытянул перед собой руку, на которой появился мимик. Совсем крошечный, не больше двух сантиметров, зато он постоянно менял свой облик. Сначала стал Прохоровым, потом мной, Сергеем, Угловым и прочими.

Одной из особенностей мимиков было то, что он не мог использовать больше материи, чем есть у его хозяина, но вот меньше — пожалуйста.

Это делало его отличным разведчиком и практически сводило расход маны до нуля.

— У меня есть длуг, и он умеет всякое, — пояснил я и тут же отозвал Мимо.

— Никому больше не рассказывай, — испуганно сказал Сергей и посмотрел по сторонам. — Если Углов узнает…

— То пелеведёт меня в сталшую глуппу? — ухмыльнулся я.

— Отправит в ЛИЧа. А там тебя разберут по кусочкам.

— Что ещё за «лич»? — переспросил я.

— Лаборатория по исследованию человеческого чего-то там. Жуткое место. Я когда сюда только попал, тут был один трёхлетка.

На нём раны как на собаке заживали. Порежется, а к концу дня раны как не бывало, только шрам остался. Парнишка выделывался, говорил, что лучше нас, вот в ЛИЧа и угодил. — Сергей сглотнул, как будто вспомнил что-то жуткое. — Год его не было, а потом привезли обратно. Взгляд мутный, слюна идёт. Преподаватели думали, что, может, придёт в себя, но нет. Не пришел. В итоге его забрали и куда-то увезли. Больше я его не видел.

Лаборатория по исследованию человека? Занятно.