Гадкий утёнок для босса

— Эй, ты поаккуратней там, — свистящим шепотом предостерегает меня заметно нервничающая секретарша Лебеды. — Наш Тимур Аркадьевич сегодня сильно не в духе! Рвёт и мечет прямо с утра.

— Да он вечно не в духе, — так же тихо бурчу я в ответ, но секретарша выразительно-опасливо косится на закрытую дверь и возражает:

— Не настолько, как сегодня. Никогда не видела его в таком сильном бешенстве. Тут такое было!.. До обеда разбил об стену чашку кофе, а только что так рычал на Ирочку, что она вся в слезах от него выбежала. Кажется, ее увольняют…"

"— А мне уже всё равно на его настроение, — пожимаю плечами. — Я тоже увольняюсь.

Постучав, вхожу в кабинет с решительным видом и кладу заявление на стол перед развалившимся в кожаном кресле боссом. А потом замечаю, что он не один, а с Алексом.

— Диана, ты не слишком с плеча-то рубишь? — раздраженно спрашивает тот. — Может, остынешь сначала? Как ассистентка, ты меня устраиваешь, и мы уже отлично сработались. Не поддавайся эмоциям, ну?

— Нет, Алекс, это окончательное решение, — отвечаю спокойно и невольно кошусь на молчаливого Лебеду.

Он сидит, удобно откинувшись на спинку своего кресла и поигрывая шариковой ручкой над моим заявлением. Некоторое время смотрит на меня с непонятной задумчивостью, а потом с бархатной ленцой в голосе говорит в сторону Алекса, не сводя с меня глаз:

— Не переживай, Алекс. Если она передумает, в агентстве всегда для нее найдется место. Кстати, Диана, твоя… знакомая по детдому уже собирает вещи.

Я непроизвольно морщусь и вздыхаю. А затем, сама едва ли понимая, нафига мне всё это, бормочу:

— Послушайте, Тимур Аркадьевич… вот насчёт неё «не рубить с плеча» было бы актуальнее. Поручиться за неё не могу, но… там могут быть сложные жизненные обстоятельства.

Слышу, как в стороне тихо фыркает Алекс.

— Я же говорил!.. Ну и наивная же душа.

— А тебе не всё ли равно, Диана? — холодно щурится босс. — Она ведь тебя предала.

— Предала, — соглашаюсь неохотно. — Но я предпочитаю, чтобы мою собственную совесть ничего не изводило из-за того, что я промолчала в такой момент. Потому что Ира утверждает, что сделала подлость из-за денег по веским причинам, и работа в агентстве ей очень нужна. Так что… я сказала, и вы теперь в курсе, Тимур Аркадьевич. А что будет дальше, лично мне без разницы. Вы — босс, и за вами решающее слово.

— В моем агентстве не будут работать люди, которые предают настолько нагло и откровенно, — бескомпромиссно отвечает Лебеда, и я вижу, как на его скулах жёстко играют желваки.

— Да неужели? А как насчёт нашей дорогой Инессы?

— Забудь о ней.

— То есть… — с настырной недоверчивостью уточняю я, — …вы ее тоже уволили? Она больше не ведущая фотомодель и манекенщица?

— Да, Диана, — следует обманчиво спокойный ответ. — Я её уволил.