Гадкий утёнок для босса

И почему-то вдруг это ощущение вызывает в моей груди вспышку такого приятного тепла, что сердце начинает биться с удвоенной силой. Смутившись, быстро подавляю непослушный душевный отклик и говорю:

— Хорошо. Вот эти девушки, — киваю на моделей, — решили надеть на меня «парик» из грязной половой тряпки…

— Эй, моя тряпка не грязная! — мило возмущается светленькая девушка-уборщица. — Я всегда отлично прополаскиваю ее после уборки.

— Ну хорошо, — невольно улыбаюсь я ей. — Девушки решили надеть на меня «парик» из условно чистой половой тряпки, потом обмазать средством для мытья унитазов и наснимать фоток и видюшек для своей драгоценной Инессы. Кстати, она их шантажирует чем-то, чтобы подбить на сотрудничество во всяких гадостях, если я правильно поняла.

— Тимур Аркадьевич! — агрессивно перебивает меня Элиза. — Это какой-то бред, ничего такого мы не делали! И не собирались даже! Как можно вот так бездоказательно…

— Тут возле входа в туалет камера есть, — невзначай сообщает правдивая уборщица, к которой у меня уже проклюнулась искренняя симпатия. — Да я и сама готова свидетельствовать, что этой девушке хотели причинить вред!"

"Да уж, нечасто в жизни мне встречаются люди, способные рисковать своим спокойствием и, тем более, рабочим местом. Особенно ради того, чтобы вступиться за совершенно незнакомого человека.

Лебеда слушает нас молча, а на его щеках играют желваки. Потом бросает брезгливо оробевшим девицам в алых платьях:

— Так… ваше криминальное трио может топать отсюда на все четыре стороны. Вы уволены. О подиуме в нашем регионе тоже можете забыть, — тяжелый злой взгляд переходит на уборщицу и становится непроницаемым. — А тебе выпишут премию за помощь Диане. Сколько ты хочешь?

— За что? — изумленно спрашивает та. — Я ничего не сделала, чтобы заслужить премию, просто пришла заступить на вечернюю смену и наткнулась на них… а там и завертелось всë само собой…

— Сколько? — нетерпеливо настаивает Лебеда и демонстративно смотрит на часы в своем мобильнике. Ага, ну-ну, его драгоценное время же — деньги.

— Нисколько! — сердито отвечает удивительная уборщица и, прошмыгнув в свою подсобку мимо меня, принимается там громыхать упавшим ведром и шваброй.

— Спасибо, — тихо говорю ей в спину.

— Не за что и всего доброго, — со сдержанной вежливостью отвечает девушка через плечо.

Мои агрессорши уходят, так не осмелившись возразить… но я ловлю на себе очень и очень нехороший взгляд Элизы. Он как будто говорит мне: «Готовься к возмездию, тварь!»

Лебеда снова смотрит на часы.

— Через пять минут начнется интервью. Ты готова?

Я как раз обдумываю, как же поблагодарить его самого за поддержку, и непроизвольно морщусь.