Наследник Альфы

— Ирочка, подойди, пожалуйста, — позвал этот пианист оставшуюся на сцене балерину. — Мне понадобится твоя помощь.

Боль потихоньку отступала, но я все еще чувствовала невыразимую слабость. Белый, украшенный лепниной потолок нависал над нами. Огромная люстра была прямо сверху. Зачем подвешивать такие махины? А что, если она упадет?

Хотя прямо сейчас мне казалось, что все наоборот, и это я падаю откуда-то сверху на огромную люстру, лежащую на полу.

— Так и скажи, что запаниковал, — хмыкнул, тем временем, пианист, продолжая невесомо водить по мне руками, словно рисуя невидимые узоры. —

Но вообще поступил правильно. У нее душа за тело почти не держится. Как только довели до такого…

— Моя мать умерла во время выкидыша, — тихо-тихо произнес Руслан, но услышала даже я. Он крепко стиснул мою руку. — Я был маленьким, но прекрасно это помню. Так что да, Герман, я запаниковал.

Рядом со мной на колени опустилась балерина, она взяла мужчину за руку.

— Кто вы? — произнела я одними губами.

— Не переживайте. Я — врач. — хмыкнул Герман.

В этот момент произошло нечто невероятное. Мне показалось, что с его пальцев слетели золотые искры. Много мельчайших светящихся искр, впитывающихся в меня, расплавляющих, наполняющих силой и спокойствием.

И это спокойствие было настольно ошеломительным, что на какое-то мгновение мне показалось, что я больше не маленькая песчинка, а мой разум — подобен Вселенной. Вечной, безграничной, бесконечной.

— Похоже, пора получать фетальную специализацию, — пианист улыбнулся своей балерине.

И это было за секунду до того, как Вселенная накрыла меня с головой, обнимая и погружая в свою тьму.

Глава 8

Первый раз очнулась ненадолго.

— А мама еще долго будет спать? — услышала сквозь сладкую дрему.

— С ней же все будет хорошо? — кто-то очень беспокоился.

«Как хорошо, что у меня еще нет детей… можно поспать подольше», — подумала я, перевернувшись и поплотнее укутавшись в одеяло.

И снова вокруг была тьма, безмятежность, спокойствие.

Второй раз сон отступил, когда кто-то ходил по комнате.

«Наверное, Слава решил пойти на работу пораньше».

— Милый, поставь мне кофе, я тоже скоро встаю… — пробормотала я в сторону этих шагов.

— У меня нет кофемашины, а то, что сварю сам, ты вряд ли пить будешь, — этот тихий веселый голос принадлежал не Славе. — Но за милого спасибо.

«Точно, со Славой я же рассталась… Кто тогда это?»

Я села на кровати, растерянно разглядывая незнакомую обстановку. Освещения в комнате не было, но за окном горели фонари. Пробивавшегося сквозь шторы света хватало, чтобы разглядеть темный силуэт в конце комнаты, копавшийся в высоком шкафу.

— Разбудил тебя? Прости… — говоривший, кажется, искренне раскаивался. — Я уложил детей внизу.