Господин моих ночей. Книга 2

— Располагайся, — предложил лорд, и пока я растерянно озиралась, первым опустился на пол, вернее, на одну из подушек, указав мне на соседнюю.

— Это зал для медитаций… М-м-м… Для определенных практик, — пояснил он, когда я заняла место напротив. Кивнул на стены. — Сцер — очень редкий магический минерал, он помогает расслабляться и в то же время сосредотачиваться на необходимом, погружаться в себя. Тебе удобно? Если нужно, я добавлю подушек.

— Нет, не надо.

Сидеть, действительно, было удобно, особенно после того, как я скрестила ноги, повторив позу Кронерда.

— Тогда, начнем.

— А... Это все? — Окинула подозрительным взглядом комнату.

Я не могла отделаться от мысли, что все происходящее несерьезно. Шла, готовилась, боялась, наконец, а тут ковер, подушки, разговор об удобстве.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Эвераш.

— Когда служители Пресветлой проверяли нас с бра… с Талимом, у них имелось много разных приспособлений и массивные кресла с ремнями. Нас привязывали к ним, говорили, это необходимо. А еще они использовали кляпы, для тех, кто слишком громко кричал.

Я передернула плечами. По спине пробежал колкий озноб, стоило лишь вспомнить, каково мне тогда пришлось.

— Храмовники, — не сказал — выплюнул Эвераш, добавил какое-то незнакомое слово, очень похожее на ругательство, а потом уже мягче продолжил: — Нет, Элис, ничего из того, чем пользуются жрецы Каари, нам не понадобится. Все, что от тебя требуется, это расслабиться и слушать меня.

Он осторожно накрыл своими ладонями мои, лежавшие на коленях.

— Смотри на стену прямо перед собой. Не двигайся. Не думай. Просто смотри. Когда почувствуешь, что хочется закрыть глаза, так и сделай.

Веки опустились сами собой.

Я висела посреди вязкого серого тумана… Нет, не висела — прилипла к нему, как муха к меду, спеленутая по рукам и ногам.

— Иди на мой голос, Элис.

Попробовала дернуться, какое там. Не дрогнуть, не шевельнуться. Я и дышала-то, кажется, с трудом.

— Ну, что же ты, девочка? Я здесь... Иди.

Еще одна попытка — и снова неудача.

Эвераш вздохнул, отпустил мои руки, подождал, пока я открою глаза.

— Элис, дай мне медальон.

Высший не выглядел расстроенным, скорее, заинтересованным.

Сняла с шеи подвеску и протянула лорду.

Он взял ее, повертел в пальцах, потом хмыкнул, шепнул что-то, и кулон, вспыхнув, за считанные мгновения сгорел в черном пламени прямо на его ладони.

— Вот так, — безмятежно прокомментировал Эвераш, потер ладони и снова повернулся ко мне: — А теперь, давай, снова попробуем.

На этот раз туман уже не казался таким маслянисто-липким. Я, пусть с трудом, могла двигаться, и неуверенно пошла на зов отца в мутное удушливое марево, которое с каждым шагом становилось все менее густым и плотным.