Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Бомбардировщики немцев не интересовали, а если бы я рванул к себе, могли отыграться на них. Да? – спросил я, заметив, что один из молодых лейтенантов тянет руку.

– Товарищ капитан, расскажите нам про этот бой, – попросили он. Кстати, рядом с ним сидел Степка Микоян.

– Про бой?

Сейчас разговор шёл не по теме занятия. Никакой теории воздушного боя. Пока не создам о себе нужного мне мнения, я для них просто выскочка, так что мы пока просто знакомились. Я простыми словами объяснял некоторые элементарные для меня вещи, переходя на личные примеры.

– Боем это было назвать трудно.

Там была драка, просто свалка, если можно так выразиться, но не это главное. Перед боем я УМЕР.

Я замолчал и обвел взглядом зал. Нужно, чтобы они прониклись моими словами. Заметив, что началось – недоуменное шевеление и переглядывание, продолжил:

– Вы не ослышались. Я умер. Так я настроил себя на бой. Многие знают, что такое боевой транс, в который впадаешь в бою… Да, я вижу по кивкам некоторых летчиков, что это так. В моем случае это бы не прошло. Боевой транс слишком эмоционален по сравнению с моим способом.

Я просто представил себе, что умер ДО того, как встретился с немцами. Знаете… Это помогло. Бой шел страшный, мы исступленно колошматили друг друга. Некоторые немцы отворачивали от моих атак, я – нет! Зачем? Я умер…

…я рассказывал, как шел в бой. Как сбил первый «мессер», в котором, как потом оказалось, сидел сам Шредер. Посекундно описывал свои движения, мысли, действия. Зал безмолвствовал. Все присутствующие превратились в одно большое ухо. На лицах многих ветеранов, что сидели впереди – некоторые с закрытыми глазами, – было отчетливо видно сопереживание.

Они явно представляли себе тот бой. Описание того, как на крыле разорвался снаряд, после которого были тупые удары по телу. Появилось легкое головокружение, перестала действовать левая нога, рука, но я продолжал бой, не обращая внимания на такие мелочи.

– …настолько представил себе, что я умер, что представьте мое состояние, когда очнулся в госпитале. Я только на следующий день понял, что все еще жив… С этим боем мы разобрались, вернемся к задачам истребителя… Как я уже говорил, сбивать самолеты противника не является нашей задачей, это наша работа.

Тяжелая, изматывающая, но работа. Кстати, у меня вот вопрос, когда был основан ваш Центр?.. Месяц назад? Тут можно сказать большое спасибо генералу Жигареву. Честно говоря, к созданию этого Центра приложил руку и я. Обмолвился как-то при встрече с генералом, описав перспективы… А он… Хм, не думал, что продвинет ее… Так, о чем это я? Об истребителях. Давайте возьмем пример случая с группой капитана Андрея Мересьева. Тот случай, что произошел две недели назад.