Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

По виду это уже был не Ла-5, как в моем мире, а что-то ближе к Як-3, укороченный зализанный корпус, первоклассное управление, даже молодые летчики достаточно легко осваивали его. Конечно, остались некоторые болезни, которые пока не смогли устранить, но самолет в серию все-таки пошел. Опираясь на палочку, я слегка хромая шел по заснеженному аэродрому, глядя на длинный ряд истребителей. Уже принята аббревиатура для новой машины. Теперь она значилась как Ла-5, как и в моем мире. Первые выпущенные заводом сорок единиц были доставлены в Центр, в сформированный полк асов.

Вооружение состояло из двух пушек ШВАК с измененными согласно моей заявке снарядами. Самих снарядов еще было мало, но в массовый выпуск после госиспытаний они уже по-шли и теперь действительно стали классными. Мощная взрывчатка, новые взрыватели сделали свое дело. Когда один из летчиков расстрелял старый списанный Т-26, то, подъехав к остову, мы увидели натуральное решето в куче обломков. Новый, переработанный мотор был уже не тем М-82, что раньше, теперь к нему добавлена буква «Ф». Ребята из КБ моторостроения неплохо поработали над ним. И обещали в скором времени выдать еще более мощный двигатель. Американские радиостанции, поставляемые по ленд-лизу, начали поступать на заводы, так что наши «Лавочкины» уже были оснащены связью. В принципе самих радиостанций было не так много. Первый конвой, в котором они находились, прибыл всего месяц назад. Почти вся партия переносных пошла в радиошколы для обучения радистов. Стационарные – начиная от штабов фронтов, армий, тех же постов ВНОС и в авиационные части. Немного, но шли.

Командованием ВВС было принято решение сформировать отдельный полк охотников, задача – чистить небо от немецких стервятников.

Подразумевалось также, что его будут бросать на самые трудные участки.

Машины имели зимний камуфляж. Была попытка нанести специальный опознавательный знак асов, но я воспротивился. Нечего демаскировать самолёт красным коком. Истребители стояли в линейку, ровно. Рядом со мной шагали генерал Иволгин и майор Архипов и так же, как и я, жадно рассматривая новую технику. Летать мы на них умели – в Центре имелось четыре опытных машины. Мало того, из-за приблизившегося к Москве фронта тренировки в основном были боевыми, то есть группа, проводившая тренировочные полеты, могла получить приказ идти наперехват противника.

Такое случалось не раз. ВНОС фронта, в которую входила РЛС, где-то выцыганенная Архиповым, работала на подступах, держа постоянную связь с Центром. Кстати, примечательно: за два месяца, что я здесь нахожусь, на территории аэродрома и построек Центра не упало ни одной бомбы. Правда, однажды рухнул сбитый новичком на «Яке» «мессер», но это не считается.