Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

«Видимо, это из соседнего полка, откуда комиссар прилетал. Новейшие машины!» – понял капитан, во все глаза наблюдая за дальнейшим боем.

Истребители бились не парой, а по отдельности, видимо, им так было выгодно. Почти сразу они, выйдя из пике, снизу атаковали растерянных немцев. Еще один огненный комок полетел вниз…

В манере пилотирования у обоих спасителей была некоторая однотипность. Манёвры или резко-внезапные, или легкие порхающие.

Завязалась круговерть воздушного боя. На этот раз советские истребители – Ермолов рассмотрел красные звезды на хвосте одного из них – бились парой, время от времени меняясь местами.

Капитан пристально наблюдал за боем – ему еще не приходилось видеть ничего подобного, поэтому он смотрел во все глаза, изредка отвлекаясь на управление самолётом и командование группой.

– Артем, попробуй связаться с ними, – велел он радисту.

– Уже. Обматерили, велели не мешать, – сразу отозвался тот.

Бой все удалялся и удалялся от строя бомбардировщиков, но пока все отчетливо было видно. Вот вниз полетел пятый бесформенный комок в россыпи обломков, от него отделилась человеческая фигурка, и открылся парашют.

Три оставшиеся машины – издалека не было заметно, кто именно – рванули сторону линии фронта. Один явно уходил, два его преследовали – победа была за нашими.

Проводив взглядом – насколько позволял фонарь из кабины – скрывшиеся точки, Ермолов пробормотал:

– Мля, что ж за часть к нам пришла?

Ответы остальных экипажей, услышавших вопрос капитана, были только недоуменно-восхищенные.

При подлете к аэродрому Ермолова отвлек возглас штурмана.

– Что?

– Слева!

Посмотрев в указанную сторону, капитан вздрогнул: в десяти метрах от них висел истребитель в белом камуфляже.

Больше всего привлекали внимание не нарисованные на нем звездочки сбитых, а две звезды Героя. Смутные подозрения получили подтверждение, теперь лётчики знали, кто спас их.

Последний ганс оказался упорным донельзя. Прижимаясь к земле, он уходил к своим, дергаясь из стороны в сторону, уворачиваясь от пушечных снарядов, поднимающих фонтаны снега в местах попаданий.

– Степка, потренируйся пока, – скомандовал я ведомому. Пусть упражняется, пока есть такая возможность.

Сам же, заняв его место, следил за обстановкой вокруг да комментариями помогал Степану. – Да бери на опережение, он сам влетит в очередь! – О том, что опытный фриц дважды увернулся от моих огневых завес, скромно умолчал.

К моему разочарованию, на этот раз гитлеровцу не повезло, и по земле покатилась куча обломков.

– Молодец, возвращаемся."

"Полетели мы не домой, а к бомбардировщикам. Догнали их быстро. Они как раз подходили к своему аэродрому, когда мы настигли их на бреющем.