Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Пройдя мимо своего «опеля», я подошел к черной «эмке», присланной из политуправления.

– Сейчас куда? Сразу на радио? – поинтересовался у водителя, садясь на заднее сиденье.

– Да, товарищ майор. Там вас ждут, батальонный комиссар Жванецкий ждет.

– Понятно.

Со времени моего первого приезда все заметно изменилось. Стекла были вставлены на свои места, в коридорах стало меньше народу, а вот главред оказался все тот же.

– Здравствуйте, Павел Анатольевич.

– Здравствуй, не забыл, значит? – ответил он, пожимая руку.

– Первое выступление, как тут забудешь? Выступление через полчаса?

– Да.

Ты готов?

– Конечно. Текст выступления написал, цензура с мелкими поправками одобрила, так что можно пообщаться.

– Хорошо. Давай сейчас к Жванецкому, потом в студию. Мы пока готовимся.

– Лады.

– Вячеслав, я, конечно, все понимаю, но говорить такое в эфире?!

Комиссар Жванецкий из отдела пропаганды и агитации ЦК партии мало походил на своего современного прототипа. Высокий худощавый мужчина с рыжеватыми волосами и такими же усами.

– Сами просили заранее прислать свою речь и какие песни буду исполнять? Прислал, не нравится.

– Да нет, все, что ты написал и будешь исполнять про нас – это все нормально, одобрено наверху.

Но они попросили вежливо попридержать коней. Информация, конечно, интересная, но англичане сейчас наши союз-ники.

Я пожал плечами. Про англичан написал, просто чтобы они получили информацию, а то, что ее в эфир не допустят, прекрасно знал и сам.

– Таких союзников при рождении в мешке топить надо.

– Возможно, это и так, но сейчас пока рано об этом говорить. Кстати, откуда про англичан такая информация? Да еще подробная?

Вопрос был явно не Жванецкого, тут торчали уши Никифорова.

– Люди говорят, а я умею слушать.

– Не хочешь говорить?

– Нет.

– Ладно. В общем, программа выступления одобрена, так что можешь идти в студию, только я тебя прошу, ПРО АНГЛИЧАН МОЛЧИ.

Внимательно посмотрев в глаза комиссара, я кивнул:

– Хорошо.

В студии уже все было готово. Графин с водой слева, салфетки справа. Папка с речью – вдруг что забыл из того, что сам написал, – прямо передо мной.

– Привет, – поздоровался я с диктором. Этот был другой, помоложе.

– Ого, чуть кисть не раздавил! Гирями увлекаешься? – поинтересовался парень, представившийся Толиком.

– Ага, эспандерами. Вести вместе будем?

– Конечно, вдруг что не то скажешь, буду исправлять ситуацию, – ухмыльнулся парень. Позитивный, это хорошо, у таких язык неплохо подвешен.

– Понятно. Начинаешь ты?

– Программку не читал?

– Читал. Там начала нет.

– А, тебе вчерашнюю копию дали, понятно. На вот, пока до эфира пять минут, изучи.

Взяв десяток листов, я стал читать предисловие.

– Ну все понятно. Тут только концепция начала выступления изменилась, а так все то же самое.