Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

В квадрате шестнадцать – ноль восемь обнаружена и захвачена группа русских диверсантов, – изучив сообщение, глухо сказал Архипов.

Мы посмотрели на один из обведенных кругов – названный район находился там.

– Завтра утром я напрягу весь авиакорпус, нужно отвлечь внимание от самолета, отправленного за грузом, медлить нельзя, – жестким тоном сообщил Архипов.

– Я тоже лечу, – заявил я и тут же пояснил возмущенно открывшему рот порученцу: – Если они будут искать площадку, кружа вокруг, то привлекут внимание. Я знаю, где можно сесть и сделать это с ходу. Время выиграем, чтобы выкопать груз.

– Мне нужно получить разрешение, – ответил Архипов.

Получение разрешения затянулось до самой ночи, и даже когда совсем стемнело, Архипов продолжал разговаривать и что-то объяснять по телефону.

Когда он к нам вернулся, то был донельзя удивленный.

– Товарищ Берия не мог решить эту проблему, она вне его компетенции, пришлось выходить на Верховного. Вам, товарищ Суворов, разрешен вылет на территорию противника, с предупреждением, что это в последний раз, когда вы пересекаете линию фронта. Вы направляетесь в Центр Боевой Подготовки заместителем командира по летному пилотажу.

Дальше уже обращаюсь к вам, товарищи офицеры. – Он повернулся к отцу и дядьке, внимательно слушавшим его. – Немедленный вылет в Москву, самолет уже готовится. Вас ожидают в Кремле.

– А я? – несколько растерянно поинтересовался Степка.

– Как сказал товарищ Суворов, вы неплохой пилотажник. Вы также отправляетесь в Центр на должность младшего инструктора. Только перед получением звания младшего лейтенанта, минимально возможного для инструктора, и значка пилота нужно будет сдать зачеты и нормативы.

Про летные я уже и не говорю.

– Хорошо, – кивнул Степка, но потом встрепенулся: – А как же война, бои? Меня не отправят на фронт?

– Носителя подобной информации?! – иронично приподнял бровь Архипов.

Степка насупился, лелеемые им планы показать себя на передовой рассыпались карточным домиком. Меня перепрыгнуть мечтал.

– В тылу тоже фронт, нужно готовить хороших летчиков, чтобы они не погибали зазря.

– А товарищ подполковник говорил, что все инструкторы два месяца в год проводят на фронте, подтверждают свои умения в боевой обстановке, чтобы не терять квалификацию, – снова влез Степка.

– Знаю про это, более того, один из инструкторов за эти два месяца умудрился сбить восемнадцать самолетов противника, за что получил Золотую Звезду Героя. Сейчас он имеет на своем счету более тридцати сбитых. Подобное есть в практике Центра, но вас обоих это, конечно, не касается. Никакого фронта вы больше не увидите, это распоряжение самого товарища Сталина.

Теперь уже мы вдвоем насупились. Я тоже не терял надежды оказаться на фронте.