Измена. Мой непрощённый (СИ)

Но своим появлением эта девица смешала все карты. Теперь моей целью является выведать максимум! Правда, почти невозможно узнать, кто она.

Они виделись снова у той же «теплушки». Один раз мне почти удалось зафиксировать их разговор. Я включил диктофон, но, прослушав позднее, был крайне расстроен. Проверил настройки, оказалось, активен не тот микрофон.

Но тот разговор я помню дословно.

— Ты уверена, что это сработает? — недоверчиво выдавил Виктор.

О чём была речь, я не знаю. Но Аня ответила:

— Да.

Он издал тяжкий вздох, затянулся. Отчего мне опять захотелось курить.

— Он догадается, Ань. И станет искать тебя. Ты понимаешь?

Она помолчала немного:

— Пускай! Всё равно не найдёт.

Вторая их встреча на этом же месте произошла двумя днями позднее. Я следил за ним снова и снова. Притом, что его встречи с загадочной сучкой не мешали общению с Настей. Он регулярно бывал на той самой квартире, где они коротали свои вечера.

Теперь моя милая жёнушка, без зазрения совести, оставалась у него до утра. Все табу были сняты! В этом доме из множества окон, я искал то одно, где они ублажали друг друга.

Которое? Это, с прозрачными тюлями? Вряд ли! Наверно, вон то, где сквозь шторы не видно вообще ничего…

Я часами стоял под подъездом. Сам не знаю, зачем! Возвращался домой, где меня на пороге встречала тоскливая псина.

— Сссука! Джексон! — ругался я, встряв в его кучу. Запачкав говном пару новых носков.

Теперь взял за правило брать недоумка с собой. Купил ему памперсы для собак. Пусть гадит в засаде! Порой мы подолгу сидим. Так, что и мне самому не помешали бы памперсы.

Дома пусто. Никто нас не ждёт. И я ощутил, что тоскую по детскому плачу. По Снеже, которая вечно щебечет и ластится. По жизни, к которой внезапно привык.

Мы говорим ежедневно. Часто по видеосвязи. И тогда мне заметно, как блестит её взгляд. Она делится тем, что они совершили с Никиткой.

— Мама сказала, он очень похож на отца.

— На меня? — уточнил.

Снежана смутилась:

— На дедушку.

— Ааа, — догадался, пускай и не сразу.

Похоже, что тёще понравился внук. Тем лучше! И Снежа оттаяла, снова зовёт её «мамой». Помню, первое время, она избегала о ней говорить. Между ними всё гладко. Немудрено! У Снежанкиной мамы всего одна дочь. И лишиться дочерней любви есть самая страшная кара.

А вот у моей, про запас, есть ещё двое «бравых парней». И я далеко не единственный, о ком болит её материнское сердце. Идея с поездкой была воспринята ею с восторгом. Помню, как я известил свою мать о предстоящем знакомстве с внучком. Голос её подобрел и расплылся в улыбке:

— Ой, да конечно, Илюша! Конечно, привози. Он же тоже мой внук! Я так хочу познакомиться с Самойловым младшим."

"«Он вообще-то Казарин», — подумал я в тот момент. Казарин Никита Ильич. Но вскоре он станет Самойловым.