Измена. Мой непрощённый (СИ)

Она пела в церковном хоре, и сейчас напевает Никите слова, которые трудно понять.

Когда я впервые увидел, она показалась обычной девчонкой. Когда переспал, необычным казалось в ней всё…

— Ты ничего мне не должен, — сказала она, одеваясь, — Просто я очень хотела стать женщиной… так.

— Как? — я нашёл в складках простыни трусики.

Она безуспешно искала их, в платье на голое тело.

— Вот так, — повторила она.

— Вот так? — я обвёл взглядом номер отеля, — На мой взгляд, не лучший вариант.

— А мне нравится, — возразила она, и понюхала маленький розовый куст, что стоял на столе. Вместо букета, она попросила купить ей «цветочек в горшке».

— Я буду его поливать, и он не завянет, — сказала Снежана, прощаясь."

"Я не думал, что снова вернусь. Хотя… Стоит быть честным, по крайней мере с собой. Думал, чёрт возьми! Ещё как думал. Она посылала мне фото цветка в доказательство, что поливает. И фото собаки, которую я без того часто видел во сне.

Я вернулся. И в том же отеле, под шумный аккорд непогоды, её отымел. Она не умела почти ничего, но так быстро училась. Так мучительно жаждала этого! Так отчаянно льнула ко мне.

— Мама убьёт меня, если узнает, — сказала с усмешкой, пряча лицо у меня на груди.

— Моя мама меня пощадит, — ответил я тихо.

Но кроме неё был ещё и отец. И дети! И… Настя. Я почему-то был абсолютно уверен, что она никогда не узнает об этом. Как преступник, охочий до крови, убив один раз, и не получив по заслугам, убивает опять и опять. Он ждёт, что его разоблачат, оставляет следы. Но детективы упорно не видят улик! Или же, просто не желают их видеть?

Сколько раз я боялся, что Настя раскусит, поймёт. Но она, пройдя мимо опасной черты, лишь коснувшись её, отступала. Давала мне повод поверить в свою безнаказанность. И я продолжал…

— Это вам, — стюардесса в кокетливой шапочке даёт мне листок. Её голос гораздо приятнее щебетания двух стариков. И мне хочется снова услышать его.

Говорю:

— Что это?

— Ваша жена, что сидит в бизнес-классе, просила вам передать.

Она улыбается мило, приветливо. Ждёт, когда я отвечу. Я же смотрю на листок, что лежит у меня на ладони. Обычный, блокнотный. В голове возникает совсем неуместная фраза: «Она не жена».

Веду языком по губе и киваю:

— Спасибо.

Листок в клеточку свёрнут. И я, аккуратно его развернув, вижу надпись: «Люблю тебя, Снежа».

Внутри загорается. Хочется сжать в кулаке! Но одновременно хочется выкрикнуть: «Я тебя тоже». Люблю? Нет! Слово это теперь под замком. Под запретом. Ведь я не умею любить. Кажется, так мне ответила Настя в последнем письме?

Машина гудит, выползая на взлётную. Сейчас мы поднимемся в воздух. А дальше — Израиль, больница, где нас уже ждут. Моему сыну будут делать сложнейшую операцию.