Измена. Мой непрощённый (СИ)

— Ага, — замечаю с ехидством, — Вставишь на место мозги?

— Ну, кто-то же должен! — кичится она. Хотя у самой…

Старший сын привёл девушку в дом и намерен жениться. Средняя где-то тусит допоздна. А младшая, Соня, та — ангел, пока не услышит в свой адрес такое противное слово «нельзя»."

"— Ты со своей когортой разберись сначала, — смеюсь.

— Ну, вот! Ты смеёшься! Это уже хорошо, — радостно клацает Машка. И я представляю её с сигаретой в руках.

Справа вижу больницу. Привычный белёный фасад. За которым меня ожидает привычный осмотр. Но самое главное — порция юмора.

— Манюнь, мне пора!

— А куда ты? — интересуется Машка.

— Да в больницу, к маммологу.

Она усмехается:

— Опять сиськи мять? А Витя-то знает, чем ты там занимаешься? Кстати! Когда же ты нас познакомишь уже?

— Всему своё время, — говорю я задумчиво.

Машка знает о многом. Но только не о причине визита сюда. Она думает — это я так развлекаюсь. Про опухоль я не сказала. А то бы подруга проела всю плешь…

В кабинете меня уже ждут. Быть знакомой врача хорошо! Никаких очерёдностей, никаких ожиданий. И с порога улыбка во все тридцать два.

— Михаил Дмитриевич? — деликатно стучусь.

— Угу, — навесив на нос очки, отзывается доктор.

Прохожу. Ставлю сумочку. Молча сажусь. Медсестру он уже отпустил. Я обычно к нему прихожу, когда дело к закату. И он предварительно щупает. А после сажает за стол. И бросает игриво:

— Чайку? Или что-то покрепче?

Я с укором смотрю:

— За рулём.

И тогда получаю печеньку и чашку душистого чая. Мы какое-то время болтаем и я убегаю. А Мишка, оставшись один, достаёт коньячок.

Но сегодня Балык молчалив. Хмурит брови и пишет корявым размашистым почерком буквы.

— Светило сегодня не в духе? — говорю я, пытаясь его вдохновить. Получается!

Балыков поднимает глаза, улыбается:

— Что, так заметно?

— А то!

Он вздыхает. Да так глубоко и печально, что я сомневаюсь: а это действительно он? Балыков не грустит! Он всегда улыбается! Или всё-таки, не всегда?

— Что-то случилось? — интересуюсь я как бы между прочим.

— Ааа, — отмахнувшись, Мишка снимает очки, — Жена написала, что дочь в этом году не приедет ко мне. Якобы визиты в Россию к отцу на неё плохо влияют.

Он усмехается. А я не могу осознать. Жена? Дочь? Это он про кого?

— Ты ж говорил мне, что не был женат? — пытаюсь узнать.

Миша вздыхает:

— Мало ли, что я там говорил. Брехло я, Насть! Брехло! По мне разве не видно?

Я щурюсь:

— Неа.

Он улыбается:

— Кучинская ты, Кучинская. В людях не смыслишь вообще ни фига!

— Подумаешь, — я пожимаю плечами, но тут же берусь уточнять, — Так… ты женат, значит?

— Был, — поправляет меня Балыков, — Развёлся после семи лет брака. По её инициативе, кстати.