Измена мужа. После (СИ)

Он поправляет выправившуюся из-под ремня рубашку, а я судорожно пытаюсь пригладить взлохмаченные волосы.

– Здрасьте, Анна Васильевна! – выдавливаю я, заметив соседку-пенсионерку, которая таращится на нас во все глаза. – А мы наверх едем."

"– Срам развели, – морщится она, не скрывая своего осуждения. – Прямо средь бела дня.

Торопливо выжимаю кнопку закрытия дверей, но они, как назло, еле ползут.

– Завтра весь двор будет судачить о том, что я целовалась с каким-то мужиком в лифте, – качаю головой.

Анна Васильевна – великая сплетница. Те, у кого напрочь отсутствует своя личная жизнь, считают священным долгом облить грязью чужую.

– Забей, – Влад гладит меня по щеке. – Они просто завидуют.

Выходим на моем этаже и, пока я просовываю ключ в замочную скважину, он пристраивается сзади и зарывается носом в мои волосы. Я реагирую мгновенно: вся, прямо с ног до головы, покрываюсь гусиной кожей.

– Заранее извини за беспорядок, – бормочу я, толкая дверь. – Гостей я не ждала…

Однако в следующую секунду замокаю, пораженно остолбенев.

В квартире играет музыка. Мелодичная. Довольно громкая.

Прислушиваюсь, пытаясь понять, что к чему. Я колонку точно не включала. Может, это сделал Мишка? Да, пожалуй, так и есть. Он часто слушает музыку, а потом забывает ее выключить.

– Ого, музыкальное сопровождение, – улыбается Влад. – А говоришь, гостей не ждала.

Он играет бровями, а я не удерживаюсь от смеха.

– Ты думаешь, я это специально для твоего прихода включила?

– Конечно! Это же музло для секса, – подмигивает он. – Стандартный плейлист.

Что?!

Снова напрягаю слух и внезапно осознаю, что музыка и впрямь очень эротическая. Настраивает на нужный лад. Вот только на кой черт моему сыну-подростку такое слушать?!

Господи! А вдруг он не у друга собрался ночевать, а у девочки?!

Пока я перевариваю информацию, Влад вновь прижимается ко мне. Целует в краешек рта, а затем опускает взгляд на грудь и принимается медленно, одну за другой расстегивать пуговицы на моей блузке.

Я вновь вспыхиваю. Легко и быстро, словно спичка. И мысли о возможных похождениях сына тотчас вылетают из головы.

Обвиваю широкие плечи Влада руками и растворяюсь в наших ласках. Сейчас для меня не существует ничего, кроме его нежных губ и сильных ладоней.

Не разрывая поцелуя, мы с Рокотовым перемещаемся в спальню. Скользим по стенам, временами натыкаемся на мебель и тихо смеемся друг другу в губы. Затем Влад подхватывает меня под бедра, очевидно, намереваясь таким образом донести до кровати, но на самом пороге что-то идет не так.

Влад застывает. Его тело каменеет. Напрягается, как натянутая тетива.

Ничего не понимая, оборачиваюсь и вслед за ним теряю дар речи.

Потому что на моей кровати, прямо поверх усыпанного алыми лепестками покрывала, лежит Дима.