Извращённое Королевство

Это сообщение меня убедило.

Я не должен винить Нэша за то, что он думает своим членом, когда я иногда делаю то же самое.

Ладно, большую часть времени.

Эльза отправила это сообщение больше часа назад, но ее все еще нет.

Ван Дорен стоит посреди зала, танцует и флиртует со всеми девушками, которых он может видеть.

Его сестра готка забилась в угол, почти сливаясь с растением. Если бы у маркиза де Сада и Белоснежки было потомство, это была бы она.

Обычно с ними Эльза. Если ее нет, то остается только один человек.

Я толкаю Найта локтем.

— Где Рид? — задаю я вопрос.

— К черту, если меня это волнует.

— Я не спрашивал, волнует ли тебя, я спросил, где она. — я поднимаю руку. — И даже не притворяйся, что ты все это время не знаешь, где она.

Он бросает на меня один взгляд."

"— Даже если бы я знал, я бы тебе не сказал. Как насчет этого, Кинг?

Ублюдок.

Я уже собираюсь выдавить из него ответ, когда мой телефон вибрирует.

Эльза:Помнишь нашу комнату у Ронана?

Мне даже не нужно думать о том, какую комнату она имеет в виду. В особняке Астора только одна комната, которая полностью принадлежит нам.

— Эй, Найт?

— Что? — он ворчит со своего места рядом со мной.

Его глаза сверкают в первый раз за сегодняшний вечер. Извини, мудак.

Однако он слишком быстро скрывает свою реакцию.

— Мне все равно.

— Уверен? Это было своего рода табу.

Его кадык подпрыгивает от глотка. Когда он говорит, его голос спокоен.

— Что она сказала?

— Даже если бы я знал, я бы тебе не сказал. Как насчет этого, Найт? — я ухмыляюсь, уходя.

Я чувствую, как он толкает меня, даже не оборачиваясь.

Перепрыгивая через две ступеньки за раз, я оказываюсь на втором этаже. Музыка, доносящаяся снизу, в конце концов затихает.

Мои мышцы напрягаются от обещания найти Эльзу. Я не прикасался к ней со вчерашнего дня, и что-то не так.

Я возвращаюсь к своим мыслям о возможности насытиться Эльзой. Этого не случится. Не в этой жизни.

Мои гребаные друзья говорят мне, что я слишком собственник. Я игнорирую их комментарии в присутствии Эльзы, но вмешиваюсь в их жизнь при любой возможности, за ее спиной.

С тех пор как Эльзу выписали из больницы, она стала другим человеком.

Она более открыто говорит о своей привязанности ко мне. Она более требовательна, когда дело доходит до того, что считает своим правом, но, прежде всего, она такая же, как и я.

Теперь я чувствую это, когда она открывает глаза и улыбается вместо того, чтобы хмуриться. Когда она обнимает меня вместо того, чтобы отстраниться.

Мы по-прежнему живем отдельно, но я планирую изменить это, как только мы поступим в университет.

Испуг, который она устроила в больнице, больше никогда не повторится.