Катастрофа

В ответ раздался треск и шипение помех, сквозь которые едва различимый голос что-то хрипло говорил, но разобрать можно было только короткие обрывки фраз, среди которых были «требуется помощь» и «пострадавшие». Картинка на мониторе оживилась, на пороге шлюза появились серебряные фигуры, парами тащившие на себе неподвижных людей в закопчённой зимней одежде камуфляжной расцветки.

— Начать внешнее шлюзование! Встречающей группе приготовить носилки! — динамики транслировали команды управляющего директора. Сорок Восьмой кивнул оператору, и тот приступил к работе.

"

"На мониторе было видно, как за спинами плотно стоящих в шлюзе людей закрывается внешний створ. Запасной вход был невелик, и десяток человек в скафандрах, удерживая пятерых пострадавших, плотно заполнили собой всё пространство маленького шлюза. Верхний шлюз не сохранил исправного освещения, и в тускло-зелёном изображении инфракрасной подсветки единственной камеры было невозможно хорошо разглядеть тесно навалившихся друг на друга людей. Межсекционная перегородка поднялась и открыла доступ во внутреннюю секцию шлюза.

Установленная там камера транслировала, как люди в некогда сверкающих, а сейчас вымазанных грязью серебристых скафандрах неуклюже затаскивали в тесное помещение пострадавших, снаряжение которых ещё больше мешало транспортировке. Через пару минут шлюзование завершилось, и двери в кабину лифта открылись, впуская экспедицию. Наконец лифт, размерами ещё меньший, чем шлюз, закрылся и пошёл вниз. Лифтовая кабина имела две камеры и была хорошо освещена, но люди в скафандрах и снаряжении набились в неё так плотно, что разобрать что-либо было трудно. Директор по радио что-то спрашивал у руководителя экспедиции, но, судя по всему, рация у того была повреждена, в ответ слышался только треск и щелчки. Встречающая группа уже ожидала экспедицию у ворот лифта. Сорок восьмой смотрел на изображение кабины лифта, пытаясь угадать в плотной толпе родственника. Несладко пришлось мужикам, однако. С головы до ног в грязи, ободранные, скафандры местами прорваны, у кого-то даже лицевой щиток шлема был покрыт паутиной трещин. Видимо, на поверхности сущий ад.

Но… Что-то в увиденном не нравилось старшему, что-то было не так. Что же? Внезапно он понял. Оружие. Когда экспедиция уходила, оружие было только у охраны, научники шли лишь со своими приборами, теперь же оружие было у всех, даже у пострадавших, не подававших признаки жизни. И ещё он понял, что именно напоминали ему разводы бурой грязи на блестящих скафандрах радиационной защиты.