Караваль

Но Скарлетт не желала, чтобы кто-то в очередной раз причинил ей боль.

– Спасибо, лучше я сама.

Она провела крошечным мечом по подушечке безымянного пальца.

Кап!

Кап!

Кап!

Всего три капли крови, но Скарлетт ощущала потерю каждой, и чувствовала ошеломляющую боль. Как будто чья-то когтистая лапа сжала ей сердце.

– Мне больно. Так и должно быть?

– Ну, небольшое головокружение в порядке вещей. Вы же не ожидали, что потеря двух дней жизни никак на вас не скажется? – Продавщица рассмеялась, будто услышала удачную шутку. – Платье с пуговичками можете забрать прямо сейчас, – добавила она. – А то, что расшито бисером, вам доставят через два дня, то есть после совершения полной оплаты. Затем…

– Погодите-ка, – перебила Скарлетт. – Вы что же, хотите получить с меня плату прямо сейчас?

– Ну, на следующей неделе, когда игра закончится, мне от нее уже не будет никакого прока. Не переживайте, счет будет предъявлен вам не раньше восхода солнца, так что у вас останется достаточно времени, чтобы добраться в какое-нибудь безопасное место.

Безопасное место?

– Боюсь, произошла ошибка. – Скарлетт вцепилась в края прилавка. Показалось ли ей, или лежащее на весах сердце в самом деле стало биться? – Я думала, что потеряю два дня в конце своей жизни.

– Откуда мне знать, когда закончится ваша жизнь? – Продавщица хихикнула, и этот резкий звук, казалось, заставил весь мир под ногами Скарлетт содрогнуться. – Не нужно так волноваться! Если с вашим телом ничего не случится, то на рассвете восемнадцатого числа вернетесь к жизни как миленькая.

Всего за два дня до свадьбы! Скарлетт с трудом подавила новую волну паники, имеющую оттенок зеленого болиголова – страшного цвета отравы. Она лишилась всего трех капель крови, но чувствовала себя так, словно ее вены иссушили досуха.

– Я не могу умереть на этот срок – мне через два дня уезжать!

Если Скарлетт сейчас выпадет из жизни, то ни за что не успеет отыскать сестру и вернуться домой к своей свадьбе. А что, если кто-то другой – например, Данте – найдет ее сестру, пока она сама будет лежать неподвижная, точно труп? Или игра закончится раньше положенного, и Телла обнаружит ее мертвой?

У Скарлетт потемнело в глазах, но все же она заметила, как Айко с продавщицей обменялись заговорщическими взглядами, и это ей совсем не понравилось. Продолжая держаться за полированный прилавок, она повернулась к Айко:

– Вы меня обманули!

– Ничего подобного я не делала, – возразила та. – Откуда мне было знать, что вы не сумеете ответить на вопросы?

– Но я же на них ответила! – Попытка Скарлетт повысить голос успехом не увенчалась, поскольку сделка уже вступила в силу: чувства ее притупились, мир стал казаться больше, а сама Скарлетт – меньше и беззащитнее.