Караваль

Затем он спросил:

– Разве ты не винишь себя, когда отец бьет твою сестру? – Его слова были тихими, как шепот, но больно ранили Скарлетт, напоминая обо всех тех случаях, когда она подводила Теллу.

Хулиан остановился и медленно повернулся к ней лицом. Взглядом, куда более мягким, чем голос, он ласкал ее изломанное тело, проникая сквозь поврежденную плоть и сломанные кости прямиком в израненную душу. Скарлетт почувствовала, как у нее вскипает кровь. Даже будь на ней закрытое строгое платье, все равно чувствовала бы себя обнаженной перед ним. Она как будто выставила на его обозрение собственный стыд, чувство вины и ужасные тайные воспоминания, которые пыталась запрятать как можно глубже.

– Во всем виноват твой отец, – сказал он. – Ты не сделала ничего плохого.

– Ничего-то ты не понимаешь, – возразила Скарлетт. – Всякий раз, когда он причиняет боль моей сестре, это происходит потому, что я провинилась. Потому что не смогла…

– Помогите! – Крик ворвался в их разговор, подобно порыву ветра. – Пожалуйста! – Скарлетт был отлично знаком этот голос, сорвавшийся на визг.

– Телла? – она бросилась бежать, взметывая ногами облачка розового песка.

– Нет! – попытался предостеречь Хулиан. – Это не твоя сестра.

Но Скарлетт его уже не слушала. Она узнала голос Донателлы, раздавшийся совсем рядом – в воздухе еще ощущалась вибрация. Становясь все громче, ее крик эхом отражался от стен из песчаника, пока…

– Да стой же!

Хулиан обхватил Скарлетт рукой за талию и оттащил от обрыва, которым резко заканчивалась дорожка – лишь горстка песка просыпалась в пенистую синевато-зеленую воду, бурлящую у подножия высокого утеса.

Скарлетт шумно выдохнула. Щеки Хулиана раскраснелись, а руки дрожали, но он продолжал удерживать ее.

– С тобой все…

Окончание фразы потонуло в злобном смехе, прилетевшем прямиком из ночных кошмаров. Он лился из крошечных ртов, вдруг появившихся в стенах.

«Это была всего лишь еще одна злая шутка туннелей, чтобы свести нас с ума», – сказала себе Скарлетт.

– Малинка, идем дальше.

Хулиан нежно коснулся ее бедра, возвращая на более безопасный путь, в то время как туннели продолжали хихикать, выдавая искаженную пародию на мелодичный смех Теллы."

"На мгновение Скарлетт показалось, что она вот-вот отыщет сестру.

Но что, если ее уже не спасти? Что, если Телла успела без памяти влюбиться в Легендо и отдала ему всю себя, а когда игра закончится, решит свести счеты с жизнью? Она ведь не страшится опасности, подобно тому, как свечной фитиль не страшится пламени. Казалось, ее никогда не пугало, что некоторые из ее желаний могли сжечь дотла.

В детстве Скарлетт обожала слушать о чудесах, которые творил магистр Караваля, а ее младшую сестру влекли рассказы о порочной стороне его натуры.