Караваль

Будущее очень похоже на прошлое и в основном предопределено, но его всегда можно изменить…

– А мне казалось, что все как раз наоборот, – задумчиво протянула Скарлетт. – Что незыблемо только прошлое, а будущее изменчиво.

– Нет. Прошлое не всегда предрешено, а будущее изменить труднее, чем кажется.

– Так, значит, по-вашему, всем правит рука судьбы?

Эта идея не пришлась Скарлетт по душе. Ей нравилось верить, что в награду за добрые поступки ее ждут счастливые перемены. Мысли о судьбе внушали ощущение беспомощности и безнадежности, а также собственного ничтожества. Судьба представлялась Скарлетт увеличенной всемогущей версией отца, крадущего ее право выбора и контролирующего ее жизнь без всякого учета того, что она чувствует. Судьба обесценивала любые ее поступки.

– Не спеши погружаться в пучину страха, – предостерег Найджел. – То, что ты привыкла считать судьбой, на самом деле относится только к прошлому. Наше будущее предсказуемо потому лишь, что предсказуемы мы сами, создания этого мира. Возьмем, например, кошку с мышкой.

Перевернув руку, Найджел показал ей изображение рыжевато-коричневого кота, протягивающего когтистые лапы к черно-белой полосатой мыши.

– Завидев мышь, кошка непременно станет ее ловить – если только ее саму не преследует враг пострашнее, скажем, собака. Вот и мы во многом такие же. Будущее знает, чего мы желаем, если только на нашем пути не встретится что-то более значительное, что отпугнуло бы нас.

Найджел очертил пальцем контур темно-синего цилиндра у себя на запястье, и Скарлетт, как загипнотизированная, следила за ним взглядом. Этот головной убор был очень похож на тот, который она видела во сне на голове у Легендо. Скарлетт вспомнила время, когда ее самым сокровенным желанием было получить от него письмо.

– Обычно будущее видится ясно, хотя, конечно, случаются события, которые могут сбить нас с первоначального курса, – продолжал Найджел. – Грядущее реагирует на то, что всего милее нашему сердцу. Каждому человеку по силам изменить свою судьбу, если он достаточно храбр, чтобы бороться за то, чего желает больше всего на свете.

Скарлетт оторвала взгляд от цилиндра и заметила, что Найджел с улыбкой глядит на нее.

– Чем тебя заинтриговала эта шляпа?

– Ох, я на самом деле вовсе не на нее смотрела. – Скарлетт почувствовала себя неловко, ведь ей следовало думать о Телле, а не о Легендо. – Просто любовалась другими изображениями на вашей руке.

Найджел ей явно не поверил и широко, по-тигриному, ухмыльнулся.

– Готова услышать о том, что я вижу в уготованном тебе будущем?

Скарлетт переступила с ноги на ногу, отметив, что клубящийся у ее ног дым стал гуще. Границы игры снова начали расплываться. В словах Найджела было больше смысла, чем ей бы того хотелось.