Хочу тебя в долг

Ощущение, точно гроза разыгрывается прямо тут. Уже и гром во всю гремит, сотрясает здание.

— Сама башкой в дверь влетела, — насмешливо заключает громила. — И чего вдруг так спугнулась? Я же просто обещал тебя умыть.

— Нет! — восклицает истерически. — Нет, пожалуйста… Марьяшенька…

Замечаю кровавые потеки на распахнутой двери в одну из кабин. Как раз рядом с тем местом, где Лида сидела, когда я только вошла. Похоже, она действительно убегала, не разбирая дороги и случайно ударилась, причем приложилась по полной.

Что же ее напугало? Угроза умыть? В унитазе что ли? Не думаю, вряд ли Амир стал бы заниматься такими вещами.

Хотя я же его совсем не знаю. Бандит. Псих. От него всего можно ожидать.

— Я обещания держу, — холодно произносит он. — Пасть открыла. Быстро. Пора всю твою гребаную гниль из нутра вымыть.

Начинает расстегивать брюки. Действует жесткими, отрывистыми движениями. Расправившись с ремнем, дергает молнию вниз.

В глазах Лиды вспыхивает ужас. Дикий. Одержимый. Первобытный. Неподдельный. Девушка лихорадочно сглатывает, стирает кровь с лица. Ее губы дрожат. Голова дергается из стороны в сторону.

Голые плечи подрагивают.

Странно. Я думала, она мечтает увидеть Амира без штанов. Сама об этом умоляла, чуть ли не кидалась на него. А тут такая реакция. Но черт… зачем он расстегивает брюки? Хочет минет? И как это тогда связано с вымыванием?

Мысли окончательно путаются в сбитый клубок. Зато возбуждение немного отпускает. Выброс адреналина помогает сражаться с наркотиками.

Может, и очнуться сумею? Одержу победу в схватке?

— Марьяша, прости! — орет Лидка, задыхаясь, сбивчиво продолжает: — Я… я просто тебе позавидовала и пыталась подставить… прости, я дура была… я не знала…

Амир вдруг застывает, складывает руки на груди, но штаны застегивать не спешит.

— Я… я хотела, чтобы тебя повело… я не в курсе, как эта наркота действует… но мне сказали, эффект убойный. Круче любых возбудителей. Мозг вырубает, — признание из подруги вылетает как на духу. — И я думала, ты точно тогда сорвешься, начнешь ко всем мужикам приставать или хоть у кого-то на шее повиснешь, а я запишу это на видео. Фотки сделаю. И потом… твоему парню отправлю. Он же измены не простит. Никогда.

Это понятно… прости, Марьяша. Я, правда, дура была. Прости, пожалуйста, умоляю тебя. Прости…

Господи. Моя лучшая подруга, человек, которому все сокровенные тайны доверяла, творит такое. Подмешивает в шампанское наркоту. Планирует сделать компромат, видео отснять, фотки. Спалить меня перед парнем.

И ради чего? Ради того, чтобы мужика отбить?

Боже. Становится тошно.

— Прощаешь? — хрипло спрашивает Амир, буравит меня тяжелым взглядом.

— Д-да, — выдаю сдавленно. — Конечно, прощаю. Отпусти ее, пожалуйста.