Хулиган. Его тихоня

Ее просто не стало…

— Леш, все хорошо?

Я моргнул и огляделся. Уже окончательно стемнело, солнце полностью скрылось, а мы стояли прямо середине тропинки. Я и не заметил, как перестал идти.

— Леш?

Я опустил взгляд. Ксюша с беспокойством смотрела на меня, не переставая держать за руку. Я взял себя за руку и привел Ксюшу к своей припаркованной неподалеку машине. Усадил ее внутрь и забрался сам, глубоко выдохнув, как только почувствовал себя в безопасности.

Прикосновение к плечу привело меня в чувство и я повернул голову, чтобы посмотреть на Ксюшу.

— Что? — спросил я безжизненным голосом.

"Ксюша сглотнула и прикусила нижнюю губу. Видно, я очень хреново выглядел, раз вызвал у нее такое беспокойство.

— Значит, это был твой отец, — осторожно вымолвила она.

Я перевел взгляд на окно и уставился в пустоту.

— Да, это был он, — пробормотал нехотя. — Это был мой никчемный отец.

Ксюша не осмелилась больше ничего сказать, поэтому я заговорил сам:

— Он бросил нас, когда мне было десять. Бросил меня и мою мать, — я перевел взгляд на нее. — Я ненавижу его, Ксюша. И еще больше ненавижу его за то, что он вернулся.

Ее рука на моем плече сжалась.

— Как ты думаешь, я должен его простить? — добавил я, стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал.

Ксюша наклонила голову и изучающе посмотрела на меня. То, что она сказала дальше, совершенно потрясло меня:

— Неважно, что я думаю, Леша, — мягко начала она. — Чтобы дать совет, я должна знать, о чем говорю. А я этого не знаю. Я никогда не проходила через то, через что прошел ты. Я не знаю, каково это.

Я закрыл глаза, откинул голову на спинку сиденья и быстро выдохнул.

— Так что неважно, что я думаю, потому что это только твой выбор — простить его или…

— Тогда я продолжу ненавидеть его, — пробормотал я.

Я почувствовал ее руку на своей челюсти, большой палец провел по моей скуле. Открыв глаза, я снова посмотрел на нее. Ее глаза были полны непролитых слез.

— Ты можешь продолжить ненавидеть его, — сказала она. — А можешь открыть свое сердце и впустить его обратно в свою жизнь. В любом случае, Леша, в любом случае помни, что я всегда буду рядом с тобой. Я не оставлю тебя, как сделал он. Я обещаю.

Ее слова едва не сломили меня и я наклонился вперед, захватив ее губы в свой плен, чтобы не дать ей сломить меня окончательно.

Оторвавшись от ее губ, я зарылся лицом в ее шею.

Она долго обнимала меня, а я позволял ей это, нуждаясь в ее силе и облегчении от боли, которая разрывала меня на части.

— Леш, прости меня.

Я отстранил лицо от ее шеи и провел кончиком носа по ее скуле.

— За что?

— За то, что заставила тебя говорить о болезненных воспоминаниях.

Я тяжело вздохнул и поцеловал ее в висок.