Колодец и бабочка

Позже она пыталась сообразить, что ее так возмутило. Смехотворность предложенного вознаграждения? Или сияющая уверенность Любы, что Наташа накинется на это щедрое предложение, как изголодавшаяся собака на колбасный ошметок?

Пожалуй, нет. Поразило и возмутило ее то, что за все это время Люба ни разу – ни разу! – не сказала ей спасибо. Не собиралась она делать этого и теперь.

Наташа повернулась к ней. Ветер взбивал волосы, пряди лезли ей в лицо.

– К черту осторожные эвфемизмы, – предложила она. – Давай начистоту: все твои книги написаны по моим сюжетам…

– Ну, сюжеты – это громко сказано, – вежливо усмехнулась Люба.

– Называй как хочешь. Все до единой истории, лежащие в основе твоих книг, – мои.

– Они не твои, – снова вежливо возразила Люба. – Ты услышала их от своих пенсионерок.

Наташа сделала широкий приглашающий жест в сторону «Атланта»:

– Иди и тоже слушай, что тебе мешает? Не хочешь? Люба, это легко! Просто работай с ними десять лет, уважай их, будь готова поддержать беседу, сочувствуй им…

Люба начала раздражаться:

– Я поняла, поняла: ты добрая душа, готовая распахнуть объятия каждой болтливой старухе. Наташа, я предлагаю тебе рабочую бизнес-модель, учитывающую как твои, так и мои интересы…

– Знаешь куда засунь свою модель? – Наташа плотнее запахнула кофту на груди: ветер все усиливался. – Все, Люба, не о чем больше разговаривать.

– Неужели тебе мало пяти процентов? Это с каждой книги! Возможно, ты неправильно меня поняла. От тебя не требуется никаких действий, тебе не придется писать днями и ночами, как мне, вся книга – по-прежнему продукт моего творчества. Мы лишь будем встречаться, как и прежде, и ты будешь делиться со мной твоими жизненными наблюдениями… Это не такая сложная работа, как тебе, возможно, кажется.

– Вот и делай сама эту работу, – с веселой злостью ответила Наташа. – Я на досуге поразмыслила и решила, что могу и сама писать книги! – Эта мысль пришла ей в голову сию секунду. – Сюжетов у меня – миллион! Хватит на десять лет. Я тебе годами дарила их бесплатно. Ты все воспринимала как само собой разумеющееся. Ни слова благодарности, ни намека, что ты мне признательна… А теперь, значит, у нас бизнес-проект? Нет, дорогая. Я справлюсь сама, мне не нужен компаньон.

Люба засмеялась – искренне и от души:

– Наташа, ты же троечница! Кому и знать об этом, как не мне, – это ведь я за тебя писала в школе все сочинения. У тебя корявый слог, бедные метафоры. Ты согласование времен в придаточных предложениях так и не выучила! Прости, что я отказываюсь лицемерить, но ты – писательница? Это смешно…

Устав бороться с прядями во рту, Наташа выудила из кармана резинку, скрутила волосы в пучок и соорудила на затылке жиденькую гульку.