Крепостная

Иа думал умиратсь, - трясясь как заяц, делился своим необдуманным поступком привезенный китаец.

Пришлось рассказать Фирсу, как было дело. Глаша завыла, как только я дошла до места нападения.

— Закрой отдушину, Глафира, - приказал Фирс и, дослушав меня, налил китайцу чай.

Отпустить его решили только тогда, когда он слезно пообещал Фирсу больше нас не трогать и не вздумал кого посылать за нами следом вместо себя.

Уходить наш восточный гость не торопился. Присел на оттаявшей частично завалинке у избушки и канючил, чтобы я с ним разговор продолжила. Обещал несметные богатства за мою безделушку.

— А на весенней ярмарке как дорого их можно продать? – решив выяснить для себя как можно больше, спросила я.

— Двасать рубей. Еси побольсе, то надо долго продаваться. Быстро за двасать, - заметив мою заинтересованность и утвердившись в том, что поднос не единственный, китаец Бохай оживился.

— А если к майской ярмарке я тебе принесу двадцать штук? Купишь по восемнадцать рублей за каждый? – прикинув, что лучше сдать первые по восемнадцать, и он их реализует быстро, да еще и станет просить новые, решила не загибать цену.

— Питнасать, - сощурившись так, что глаза превратились в щели, ответил хитро Бохай.

— Нет. Тогда я в Троицке отдам. Там и за двадцать с руками заберут, - повернувшись к усадьбе, я дала понять, что разговор окончен.

— Симнасать тавай. Ни тибе ни мне!

— Нет. Восемнадцать рублей и двадцать копеек. Мое последнее слово! – не повернувшись даже, ответила я.

— Тавай восимнасать. Зачем копейка? – я услышала за своей спиной шаги.

— Еще будешь спорить, еще десять копеек накину.

— Ладна, ладна, стой. Васимнасать и двасать, - он было схватил меня за рукав, чтобы повернуть к себе, но рык Фирса со стороны избушки заставил Бохая вздрогнуть, как от удара током.

— По рукам. Но если я увижу, что такие же рисует кто-то еще, то другие подносы тебе не принесу, - уверенно заявила я, стараясь рассмотреть в щелочках его зрачки.

— Идет! Идет! По рукам! Бохай сказаль. И сделаль, как сказаль! Барысня довольный будет Бохай! – мужичок натянул на голову малахай, потом вспомнил о шишке и, айкнув, заломил шапку на бок.

------------------

Дорогие читатели, если книга нравится, нажмите пожалуйста на кнопку ""Нравится"" на главной странице книги, чтобы она стала зелененькой.

Так книгу увидит больше читателей.

Спасибо за вашу поддержку, ваши отзывы и ваше анимание к моим героиням.

Глава 46

Просыпаясь утром, я благодарила Бога и на всякий случай провидение за то, что жизнь моя, разум мой не канули в небытие, а предоставлена мне была такая удивительная возможность: жизнь свою прожить иначе."

"Вызывало улыбку, что более крепостной я была там, а не здесь.