Крепостная
Надюша не любила деревню, мужа - пьяницу, и свою жизнь, в которой не была себе хозяйкой. Обдумав, она уехала в город, который подарил ей профессию, друзей. А к старости судьба подкинула подарок - очнуться в теле молодой девушки. Только вот, крепостной! Пусть и не Чернушка, а помощница у барыни. Да и тут жизнь не сахар. А как отменили крепостное, так и вовсе за голову взялась: куда идти, как жизнь свою устроить? А тут и барыня преставилась, черти её возьми, в неподходящий момент. И барин - подкаблучник "мышей не ловит". А сынок их - великовозрастной балбес и мот. Вот такие вот дела.Бытовое фэнтезиВынужденный, но любопытный брак🔥🔥🔥Позитивный настрой книги😂😂😂Хэппи энд и петушки на палочках!!!Мать обложки - Валерия Пономарёва
Если бы он отказался, деваться ему все равно было бы некуда: ведь я везла ей гостинцы. Сердобольная Нюрка, растроганная до слез рассказом Фирса про то, как старушка ела пирожки с ливером, напекла пирожков, завернула в тряпицу горшочек топленого масла и, подумав, добавила к гостинцу хороший ломоть копченого мяса.
Я везла шкатулку с пионами, расписанную слоями, как это делала с подносами.
И ехала я расстроенная. Потому что, как оказалось, мне подвластны не все тайны этого мастерства. Людей я нарисовать не смогла. Даже не лица, а просто силуэты выходили у меня криво и косо. Потратила я на пробы почти неделю. И пришла к выводу: я не художник!
Руки опускались. Но некоторое время спустя я снова приступала к делу.
Сидя за столом скромно, но со вкусом обставленной гостиной, наблюдала, как приодевшаяся, даже несколько помолодевшая Лидия накрывает на стол.
— Я хотела привести вам работу с миниатюрой, но не осилила, Лидия Львовна. Как бы мне сейчас помог ваш супруг, - с горестью протянула я ей шкатулку.
Она присела, взяла пенсне, принадлежащее когда-то, видимо, тоже мужу, и рассмотрела крышку с особым вниманием.
Удивило меня то, что женщина не открыла шкатулку, не осмотрела со всех сторон, как это делали остальные. Интересна ей была только живопись.
— Самоучка? – не отрываясь от блестящей крышки, спросила она.
— Да, - я тяжело вздохнула и принялась пить чай. Странной она мне казалась. Странной и какой-то… я даже не знала, как это описать: не такой, как все женщины, которых я здесь узнала.
— Техника интересная. Два раза лаком проходишься, чтобы приподнять лепестки над предыдущими? – снова спросила она.
— Иногда…
— А надо всегда одинаково, иначе соотношение высоты меняется. Кажется: чего там - толщина лака? А визуального объема дает ого-го! Сама придумала? – она наконец подняла на меня глаза.
— Почти. Кое-что подобное видела, решила испробовать, - ответила я, встретившись с ней взглядом.
— Молодец! Но миниатюры ты не сможешь писать. Для этого нужно учиться. Долго и тщательно! Художник нужен. Прелесть этих миниатюр в том, что выполнены они максимально приближенно к оригиналу. Видела? На некоторых лицах там ухмылка, а кто-то из них словно вот-вот заплачет?
— Да, конечно. Это меня и поразило! – я даже сидеть прямо не могла от этих деталей, описанных женщиной. Она так хорошо знала дело своего мужа!"
"— Да, их прелесть в … - она сначала улыбнулась, подняла брови, словно хотела сказать что-то очень важное, но потом выдохнула и вновь засуетилась по дому, отложив шкатулку.
После обеда мы еще поговорили, но Фирс стал меня торопить, потому что хотел вернуться домой до темноты. Отблагодарив хозяйку, засобирались.
— Через дорогу за площадью есть дорогой магазин. Там продают посуду, украшения для дома.

















