Красный вервольф

Точняк, значит мне сюда.

Миленький дворик, ряд деревянных сараек, на веревке белье сушится. И три кумушки в одинаковых косынках на головах шушукаются.

— Ты, Клава, где умная, а где дура дурой! — сварливым тоном говорила одна. — Вчерась бензин сожгла в примусе, а новый кто доставать будет?

— Так где же я его возьму? На рынок сегодня ходила, там никто не продает, всем самим надо…

— О хоспадя, всему тебя учить надо! Ты косыночку то сними, пуговки расстегни на кофточке, да к немцу подойди какому. Выбирай того, кто в машине один или двое. Глазками поиграй эдак вот, подмигни да намекни, что бензинчику бы тебе, детки малые каши хотят. Он тебе по дешевке и отдаст!

Тут кумушки заметили меня и замолчали.

— Здравствуйте, девушки! — я поправил очечки и отвесил им вежливый поклон. — А как бы мне с Марфой Васильевной встретиться?

— А на что тебе Марфа Васильевна? — одна из «девушек», лет пятидесяти, подбоченилась и смерила меня оценивающим взглядом. Голова повязана косынкой, платье подпоясано фартуком. Над губой прямо под носом — толстомясая родинка с торчащими из нее волосами.

— Да вот слышал я, будто комнату у нее можно снять внаем, решил вот удачу попытать… — я широко улыбнулся и простодушно развел руками. Мужичок-лопушок во всей красе.

— Тихо ты! — шикнула вдруг она и зыркнула по сторонам тревожно. — Мало ли, чего кто болтает…

Вторая «девушка», помоложе, на вид всего лет сорок, подорвалась и, грохоча каблуками, взбежала на зеленое крыльцо.

— Ох, простите великодушно, не подумал, — я подошел ближе и перешел на шепот. — Мне на торговой площади один серьезный человек посоветовал, так я сразу к вам и пришел.

— Вот ты непутевый, орешь на всю улицу! — громким шепотом напустилась на меня Марфа Васильевна. Ясно уже было, что это она и есть. — Знаешь, сколько налогов дерут с тех, кто комнаты внаем сдает, уууу! Ежели сдаст кто, будешь из своего кармана оплачивать, понял?

— Дурак, виноват, исправлюсь! — я снова развел руками и прошептал. — Так есть что ли комната?

— Марфа, это кто там? — раздался из окна второго этажа женский голос.

— Да племянник мой двоюродный приехал! — махнула рукой Марфа. — В их деревне евреев нашли, а он ноги успел унести! — повернулась ко мне. — В дом пошли, непутевый. Звать-то тебя как?

— Саша я, — шепнул я ей на ухо. — Спасибо огромное!

Мы поднялись по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж. Марфа Васильевна на ходу извлекла из кармана фартука связку ключей. Остановилась у второй двери и снова повернулась ко мне.

— Только давай сразу договоримся, чтобы никакого шума, и в доме не курить! — прошептала она. — Столоваться будешь где хочешь, кормить не буду. Если примусом пользуешься, бензин приноси свой.