Ледяной укус

– Я опаздываю! У меня свидание с Кристианом!

Радость переполняла ее, радость, за которой ощущалось чуть нервное предвкушение. Любовь. Ну что тут поделаешь? Ревность начала поднимать свою мерзкую голову, но я затолкала ее обратно. Снова Кристиан отбирал Лиссу у меня. Сегодня вечером не получится излить душу.

Мы вышли вместе с Лиссой, и она тут же умчалась, пообещав поговорить со мной завтра. Я поплелась в свой спальный корпус. Оказавшись в комнате, я подошла к зеркалу и застонала, увидев свое лицо. Глаз окружало распухшее темно-багровое пятно. Увлекшись разговором с Лиссой, я почти забыла об инциденте с матерью. Удерживаясь от более близкого разглядывания, я просто стояла и смотрела на свое лицо. Может, это эгоистично, но я знала, что выгляжу хорошо. У меня третий размер груди и тело, которого домогались многие в школе, где девушки в основном худющие, как супермодели. И, как я уже говорила, лицо у меня тоже красивое. В обычный день – на девять очков из десяти, а в удачный на все десять.

Но сегодня? Да… Сегодня я практически в отрицательной зоне. На лыжной базе я наверняка прослыву мифическим чудовищем.

– Мама врезала мне, – сообщила я своему отражению.

Оно ответило мне сочувственным взглядом.

Вздохнув, я решила, что готова лечь. Ничего больше этим вечером делать не хотелось, и, может, дополнительная порция сна ускорит исцеление. Я умылась, расчесала волосы, надела свою любимую пижаму; прикосновение мягкой фланели немного улучшило настроение.

Я складывала рюкзак на завтра, когда благодаря связи с Лиссой на меня обрушился шквал эмоций. Это было так неожиданно, что я не успела отразить его – как будто ураганный ветер сбил меня с ног, и внезапно я больше смотрела не на свой рюкзак. Я оказалась «внутри» Лиссы, воспринимая ее чувства.

Мне стало ужасно неловко.

Потому что Лисса была с Кристианом.

В самом, можно сказать, разгаре.

Восемь

Кристиан целовал ее, и – класс! – вот это был поцелуй. На этот раз он не дурачился. Поцелуи такого рода нельзя видеть детям. Черт, такие поцелуи вообще никому нельзя видеть и тем более сопереживать через духовную связь.

Я уже говорила прежде, такое обычно происходило, когда Лиссой владели сильные эмоции – они как бы втягивали меня внутрь ее головы. Но до сих пор всегда это были негативные эмоции. Она расстроена, или сердита, или угнетена – и я воспринимаю. Но на этот раз? Нет, она не расстроена.

Она была счастлива. Очень, очень счастлива. О господи! Нужно убираться оттуда.

Они находились на чердаке школьной церкви или, как мне нравилось говорить, – в «любовном гнездышке». Раньше оно для каждого из них служило прибежищем, где они могли укрыться от чужих глаз. В конце концов мои голубки решили укрываться там вместе.