Лекарь короля драконов

— Можно ли снова спуститься к Амброзию по поводу одежды?

— Вам нужно новое платье? — с облегчением вздохнул Герхард.

— Нет, немного переделать это. Оно слишком длинное для гор и в нем нет карманов. А еще я хотела взять немного ткани, чтобы сшить сумки.

— Совсем необязательно обращаться к Амброзию, уж сумки-то я вам найду.

— Дайте угадаю, добротные, из твердой кожи. Надежные армейские. И каждая весит не меньше полутора килограммов.

— Да, — Герхард нахмурился, а затем сдался, — Хорошо, леди Элиана, я попрошу Юджина вас отвести, только вот…

— Я знаю. Феникс не очень хорошо контролирует себя. Я буду осторожна.

Герхард посмотрел на меня с уважением и даже ноткой гордости, отчего я не смогла сдержать улыбки. Мажордом ушел, оставляя меня наедине с завтраком. Я уже начала привыкать к размерам столовой, и она больше не казалась мне гигантской и неуютной. Просторная, да, зато можно было завтракать и изучать витражи, хитросплетения линий на люстре, причудливые узоры трещин на штукатурке.

Я быстро позавтракала, не переставая восхищаться мастерством повара. Я, к сожалению, забыла его имя. Нужно будет еще раз лично его поблагодарить. Встав из-за стола, я направилась к выходу, где меня уже ждал Юджин.

— Доброе утро, дама Элиана, — пробубнил он, — к Амброзию, да?

Я кивнула, и, похоже, разбила его робкую надежду: здоровяк явно не жаждал встречаться с фениксом лишний раз. Что ж, его можно понять.

Мы молча пошли по длинным коридорам замка, направляясь к темнице. Путь пролегал через мрачные и холодные коридоры, где воздух казался тяжелым и пропитанным страданиями прошлого.

Мы спустились по крутой каменной лестнице и вошли в темницу. Стены здесь были грубо вырублены из камня, и на них всё ещё виднелись следы копоти. Я чувствовала, как по спине пробегают мурашки. Место, где люди когда-то испытывали невыносимую боль, вызывало у меня неприятное ощущение и заставляло ускорить шаг.

Мы дошли мимо пустых камер до пыточной, и тихое пение Амброзия донеслось до нас из-за тяжелой деревянной двери. Он напевал с легким присвистом, увлеченно работая над кроем платья. Я осторожно заглянула в окошко и увидела, как он, сосредоточенный и вдохновленный, склонился над тканью.

Амброзий был погружен в работу. Его руки ловко двигались, ножницы легко скользили по ткани, отрезая лишний сантиметр шелка. Перед ним лежал раскрой великолепного платья. Ткань была насыщенного синего цвета, переливавшегося в свете свечей. По подолу и рукавам вились тонкие серебряные нити, складывающиеся в сложные узоры. Амброзий как раз колдовал над тем, чтобы получше соединить причудливый орнамент.

Юджин заметно нервничал, снова начал переминаться с ноги на ногу и теребить рубаху.