Лекарь короля драконов

Феникс бросил на меня пылающий взгляд, а затем глубоко вздохнул, кажется, немного успокаиваясь."

"— Прости, мне… жаль, — Амброзий устало потер лицо, — ох, как ужасно это звучит.

— Да, а еще я люблю «все будет хорошо», когда все определенно не будет хорошо, — сказала я, вымученно улыбнувшись.

Амброзий улыбнулся в ответ и ловким движением ножниц раскроил ручки для следующей сумки.

— В общем, я решил проверить работу этого якобы священного магического договора, тюкнул его клювом и нечаянно разбил вдребезги, — феникс прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания с довольной улыбкой, — получилось очень красочно и наглядно. Поучительно для всех. Наш драконий король демонстративно посадил меня в темницу, тоже очень назидательно.

— И на сколько лет вас сюда сослали?

— Навсегда, — рассмеялся Амброзий, — так они рассчитывают. Но я однозначно выберусь, а ты, возможно, мне капельку подсобишь.

Из жара меня мгновенно бросило в холод. По спине пробежали мурашки. Амброзий нравился мне все больше, откровенный и язвительный, смелый. Чем-то он напоминал мне Виктора с его смелостью идти против течения. Вот только:

— Я дала обещание не вмешиваться в…

— Так вот, а когда лет сто назад в моде были платья из тюля, — перебил меня феникс, — то на балах резко стало пожароопасно. Барышни наматывали на себя слой за слоем, рискуя жизнью ради того, чтобы блеснуть нарядом.

Я как бы невзначай обернулась и увидела в дверях тень Герхарда. Он слушал наш разговор, почти не скрываясь.

— В общем, — весело продолжал Амброзий, — алхимики придумали обрабатывать тюль специальным огнеупорным составом. Он, конечно, попахивал, но работал. Дамы обливались духами и наматывали на себя тюль, как сахарную вату мотают на палочку. А потом случился эпохальный новогодний маскарад!

Я чувствовала, как мое сердце стучит где-то в горле. А если Герхард все слышал, что если он решит, что я шпионка или заговорщица? Было страшно, и от страха я шила еще быстрей.

— Одна довольно знатная дама все же подпалила свой наряд. Он не загорелся, но начал тлеть и дымиться! Клянусь, я такого черного и вонючего дыма не видел никогда. Не наряд, а оружие массового поражения.

Амброзий звонко рассмеялся и торжествующе поднял в воздух готовую сумку.

— Готово. Нравиться?

— Да, — выпалила я и завязала последний узелок.

— А вот насчет карманов я подумаю, пока эта идея вызывает у меня недоумение. Может обойдетесь сумками?

— Нет, — я поднялась, забрав из рук феникса сумку и тут же вешая ее через плечо, — карманы обязательны. Амброзий, вы извините, мне пора. Нужно сходить в горы, пока солнце высоко.

Феникс тоже поднялся и поклонился мне, как кавалер на балу, приглашая даму к танцу. Ответив быстрым реверансом, я направилась к дверям.