Любят только раз

Прошу тебя. — Он продолжал стоять, глядя в сторону дома, и она добавила:

— Не всякая Женщина решится признать внебрачного ребенка. Вспомни, как это повлияло на тебя самого. Ты ведь и жениться не хотел, чтобы пятно твоего позора не легло на жену. А разве матери легче? И не забывай, Элеонора тогда была очень молода и неопытна.

— Но тебя же не испугало бы всеобщее презрение? Она пожала плечами:

— Не испугало бы, потому что в семье Мэлори внебрачные дети — скорее правило, чем исключение. Иди, Николас. Поговори с ней, и ты поймешь, что она все та же женщина, которая всегда была твоим лучшим другом.

Она всегда оставалась твоей матерью и утешала тебя. Пришла твоя очередь ее утешить.

Он нежно коснулся ее щеки. Томас зашевелился у нее на руках, и Николас весело приказал:

— Ступайте кормить моего сына, мадам. Она, улыбаясь, глядела ему вслед. На лужайке она заметила Мириам, которая тут же отвернулась, и Реджи сокрушенно покачала головой. Неужели графиня никогда не изменится?

Поцеловав Томаса в лоб, Реджи медленно пошла к дому:

— Не бойся, мой ангел, тебя все будут любить, мы с тобой обойдемся и без ее любви, правда? Подрасти немного, и я расскажу тебе о твоих дедушках.

Один из них был пиратом, а другой…

Глава 41

Дверь в спальню Элеоноры была закрыта, но Николас услышал горестные всхлипывания и тихо вошел в комнату. Элли ничком лежала на кровати, уткнувшись головой в подушку, ее плечи сотрясались от рыданий. Он почувствовал боль в груди и, сев рядом с матерью, обнял ее:

— Прости меня, Элли. Я не хотел тебя расстраивать, ты же знаешь.

Она подняла голову. Золотисто-карие глаза блестели от слез. Они так похожи на его собственные! Боже, как он раньше этого не заметил?

— Ты не сердишься на меня, Ники?

— На тебя? Ту, кто всегда меня утешал, единственную на свете, кто меня любил? — Он покачал головой.

 — Как я мечтал в детстве, чтобы ты оказалась моей матерью! Почему я раньше не догадался?

— Ты не мог этого знать.

— Мне следовало бы догадаться, когда ты не стала приезжать в Сильверли после смерти моего отца. Я всегда удивлялся, зачем ты вообще туда приезжала. Вы с Мириам почти не разговаривали. Ты приезжала из-за отца?"

"— Нет. Мы с твоим отцом были вместе лишь раз. Я приезжала в Сильверли только из-за тебя.

А твой отец удерживал нас с Мириам от бесконечных ссор, чтобы я могла жить в доме и заботиться о тебе. После его смерти я не приезжала в Сильверли потому, что ты уже вырос. Отправился тогда в плавание, а когда вернулся, стал жить в Лондоне и бывал в Сильверли очень редко.

— Я не мог жить здесь из-за Мириам, — горько сказал он. — Ты же видела, какая она была всю неделю. И она всегда такая, Элли.

— Ты должен ее понять, Ники. Она никогда не простит мне Чарльза, а ты для нее — постоянное напоминание о неудавшемся браке.