Мадам будет в красном

Нет, никогда-никогда не встречал он подобной женщины и ради обладания ею был готов на любые сделки с дьяволом. Не хочет она замуж? Так и ради бога. Еще месяц назад и сам Алексей вовсе не собирался жениться, а все намеки матери на желание понянчить внуков заставляли его внутренне содрогаться. Вот и славно! Значит, они и в этом «два сапога пара». Хорошо, просто отлично.

Хлопнула дверь кабинета, ворвался Серега Лавров. В прошлом они здорово не ладили. Это было тогда, когда Зубов подозревал Лаврова в причастности к серийным убийствам[3]. Время выдалось для Лаврова тяжелое: бросила жена, он начал пить, вылетел с работы, тусовался в частной охране, и жизнь его была бы совсем пропащей, если бы не помощник начальника следственного управления Лилия Ветлицкая. В той давней жизни Ветлицкую Зубов не любил тоже, но потом поумнел и во всем разобрался. Оказалось, классные ребята, Лилька и Серега.

– Чего сидим? Кого ждем? – спросил Лавров цитатой из какой-то забытой рекламы. – Убийство у нас, друг мой ситный.

– Где? – в отчаянии простонал Зубов. Новое убийство сулило новые неприятности и новую работу, а они и со старыми еще не разобрались.

Убийство в картинной галерее до сих пор не раскрыли, и даже ни малейшей зацепки у следствия не было. Не удалось даже отыскать автомобиль, на котором Михаил Бабурский прибыл к месту своей смерти. Просмотрели записи с камер видеонаблюдения, установленных на трассе, получили номера нескольких десятков машин, ехавших по трассе в нужное время в сторону города. Полицейские не поленились установить собственников всех этих транспортных средств, однако ни один человек не имел никакого отношения к галерее или ее сотрудникам. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал, на месте преступления не нашли никаких следов. Следователь, ведущий дело, ходил мрачнее тучи и регулярно «спускал собак» на оперативную группу, но ситуации это не меняло. И вот – на тебе! – новое дело.

– За городом, в лесополосе, примыкающей к парку рядом с «Изумрудным городом», – ответил на вопрос Лавров, и Алексей вздрогнул. Разумеется, из-за названия микрорайона, то есть из-за Анны.

– А почему опять нам? – сварливо спросил он, вставая со стула и надевая куртку.

Сварливость была больше игрой, чем настоящей эмоцией.

– Потому что труп как раз в нашем духе, то есть очень непонятный, – серьезно сказал Лавров. – В аккурат в нашу коллекцию: в пару к Бабурскому.

– В смысле? – Зубов остановился в коридоре, ожидая, пока товарищ запрет дверь. Волоски на руках у него встали дыбом от нехорошего предчувствия. – Он тоже подвешен за крылья?

– Нет, крыльев нет. Но тоже мужчина, полностью голый, привязан к дереву, старательно и неоднократно облит водой и заморожен. Будем надеяться, не заживо.