Марш обреченных

Тогда приходится признать, что наших конкурентов интересует именно Варвара Кондратьевна, её разговоры и перемещения, а не что-либо другое. Допустить такое, конечно, можно, но понять затруднительно. Если, несмотря ни на что, наблюдение до сих пор не снимают, значит Банников и компания чего-то ждут. Скажем, появления некоего, одним им ведомого визитера. Наше хулиганство с топтунами, накаченными водкой и наркотой до состояния полной невменяемости целиком, играет на эту версию. Возможно, что ждут именно нас. Интересно, надолго ли их хватит?

В любом случае, обжегшись один раз, комитетчики должны были сделать надлежащие выводы.

Не сделали? Вряд ли! Считать противника идиотом – самое худшее, что может позволить себе оперативник. Яркое проявление того самого качества. Значит, есть все основания полагать, что наши подопечные выводы сделали, тогда квартира тоже должна быть под контролем. На случай, если кто-нибудь вздумает явиться в отсутствии хозяйки. Логично? Вполне. В таком случае остается установить, где бы, например, я установил наблюдательный пункт. Возьмем, скажем, дом напротив. Вероятно. Подъезд под наблюдением, и окна тоже. Чердак на замке, а выход из подвала контролируется постовым на входе. Впрочем, ни первое, ни второе, ни третье достаточной гарантии не дает.

Окна перекрываются плотными шторами, чердак можно открыть по предварительному договору, не выходя из подъезда, постового нетрудно отвлечь или просто выждать, пока он, скажем, отлучится по нужде. Нет, такое размещение малоэффективно. Даже то, что, скорее всего, в самой квартире имеется прослушка, проблему не снимает.

Что такое «клопы» для человека, прожившего бок о бок с ними долгие годы? Вариант для ведения шпиля[37], например, для загрузки дезинформации. Зная о наличии этих паразитов, минимизировать вред, ими приносимый, не составляет особого труда. Что же тогда?

Остается одно – держать под контролем входную дверь. Мимо неё действительно пройти затруднительно. Конечно, пост на лестничной клетке на установишь, но этого и не надо. Достаточно засесть в соседней квартире. Благо, дом ведомственный и народ в нем живет понимающий.

Объяснить соседям, что это необходимо для блага самой Варвары Кондратьевны труда не составит. Полагаю, слух о том, что смерть генерала Рыбакова на самом деле не была самоубийством, по подъезду уже пополз. Иначе и быть не могло. Все остальное – дело техники. Значит, похоже, так оно и есть. Остается уточнить, где? Вряд ли кто-то согласится торчать у дверного глазка целый день, даже из чувства долга, даже за своевременно выданную зарплату.