Медовый месяц с тираном

Выходит, Дэриан учел даже это… Учел, что именно моя сила и вытащит нас из святилища…

В глаза ударил нестерпимо яркий после тьмы солнечный свет. Но его почти тут же закрыли крылатые тени. Магией нас подбросило наверх, прямо к облакам, я уже едва удерживала себя в сознании. И ведь почти мертвецкий Дэриан тоже уже был на грани!

Драконы окружили нас. Их было около десятка, я видела среди них и Виррая, и того дикого, что напал еще по пути в Ганессию…

Время замерло. Полностью все вокруг остановилось! И пусть материальная я все еще была с Дэрианом, но я видела себя лишь со стороны.

Нематериальным призраком я приблизилась к замершему во времени Вирраю.

Когда-то я так боялась дракона Дэриана, а теперь лишь ему готова отдать частичку своей души…

Я протянула вперед ладони с едва тлеющим в них синеватым огоньком… Разлетаясь крохотными искорками, он растворялся в янтарных глазах дракона…

Прощай, мой наставник…

Прощай, мой верный друг…

Спасибо тебе за все…

Дэриан

Никогда бы не подумал, что именно смертельное проклятье станет той последней ниточкой, удерживающей на грани жизни и смерти! Дар Элены полностью впитал всю магию и теперь по инерции начал перетягивать на себя и проклятье.

Но к тому моменту уже успели подняться на поверхность! Уже вокруг ждали драконы! Только ведь будет лишь краткий миг окончательного перехода проклятья, и если хоть немного помедлить, то все напрасно, весь план будет провален!

Уже на грани бессознания чувствовал, как утекают последние крохи смертельного проклятья…

Почти ничего уже не воспринимая видел драконье пламя, но отчего-то синее…

А потом просто все закончилось.

Абсолютно все. Оставляя после себя лишь непомерную усталость и опустошение… Но опустошение сродни свободе…

Если бы не Виррай, попросту разбились бы. Но дракон успел их подхватить, едва испепеленная магия чаровниц исчезла, и очень бережно опустил на землю, прямо на дно образовавшейся рванной ямы, после обрушения ритуального зала."

"Дэриан осторожно коснулся щеки Элены. Пусть оба были не в лучшем виде, но почему-то именно сейчас жена казалась ему прекраснее, чем когда-либо. Белоснежная кожа обретала былой румянец, длинные ресницы чуть подрагивали… И как же хотелось прижать ее к себе, прижать изо всех сил! Да только пока силы восстанавливались крайне медленно.

– Дэриан… – едва слышно позвала Элена, даже, скорее, всхлипнула. С трудом чуть приоткрыла глаза, на ресницах блестели слезы.

Она больше ничего ему не сказала. И он пока не сказал. Она просто плакала в его объятиях, словно бы от счастья и от горя одновременно. Виррай лег на землю, обвивая их хвостом, будто и сейчас собирался охранять от всего остального мира.