Мертвый остров

Но большого вреда, ваше высокоблагородие, я никак не мог учинить! Потому служба моя почтальонская, можно сказать. С бумажками служба. От одного пакет получил, переклеил в новый конверт и другому отправил.

– А секретные бумаги, что в умывальне нашли? – рыкнул подполковник. – Их откуда взял? И это, по-твоему, никакого вреда? Ты знаешь, что по нашим законам за шпионство полагается?!

– Виноват! Только курьером был, ваше высокоблагородие! Видит Бог, только курьером.

– От кого получил бумаги, прохвост? И что у тебя с Гизберт-Студницким? Отвечай!

– Все-все расскажу! Уповаю на милость следствия и суда. Гизберт – главный от Кансейкеку на Сахалине. Порядки, значит, там такие…

Глава 15

Ловушка"

"По всему Корсаковску рыскали злые линейцы. Были обысканы слободы и пригородные деревни. В Пороантомари попался беглый осетин, исчезнувший еще в апреле. За баней покойного Фунтикова разрыли могилу пропавшего ефрейтора. Нашли и подпольный водочный завод, но это уже стало второсортной новостью. «Садовники» как сквозь землю провалились.

Вечером в квартире начальника округа закрыли ставни. В караул заступили сразу шесть человек. Но Алексей больше надеялся на Голунова. Тот до полуночи писал свои признания о службе у японцев: имена, адреса, способы обучения в секретной школе. От его откровенности, возможно, зависело решение государя, и Калина Аггеевич старался.

За пять минут до полуночи он отложил перо.

– Уф! Легче «языка» взять, чем бумагу марать.

– Айда попаримся, – предложил надворный советник.

С тех пор как в обслугу приняли рыжебородого костоправа, баня топилась каждый день. Старика звали Зот Зотыч. Он оказался опытным массером[67]. Лыков, несмотря на относительно молодые лета, весь уже был передырявлен. И раны нет-нет да напоминали о себе. Дедушка натирал его каким-то хитрым маслом на травах с медом, а затем «правил». Каждая мышца, каждая косточка пела и играла в сильных пальцах банщика. Сыщик словно выпивал живой воды…

Приятели уединились в бане. У двери стоял часовой, а в раздевальне сложили ружья и револьверы. Но никто на них в эту ночь не напал. Видимо, потеряв четверых, «садовники» не могли уже активничать.

– Расскажи мне про этих онива-бан, – попросил Алексей. – Что они могут? Чем опасны?

И Голунов рассказывал чуть не до утра. Его слова звучали как сказка. Или как бред… Ну не может же такого быть! Лыков то смеялся, то бранился. Но комендант уверял, что это все правда. Загадочные онива-бан, или, иначе, синоби, могут творить чудеса. Есть, к примеру, такое учение: «червь в теле». Оно готовит провокаторов, которые занимаются мятежами в стане врага и очерняют верных[68]. Есть искусство притворяться мертвым на поле боя, а затем внезапно оживать и нападать на противника с тыла[69].