Моя в наказание (СИ)

Вместо учебы — арест брата, страшные дни, мое предательство, игра в прятки, новость о беременности, жестокое «уничтожу» и ни единого шанса всё переиграть.

— Захочешь — еще поступишь, — голос Айдара тоже звучит немного по-новому. Суховато. Мы встречаемся взглядами и бьемся острыми углами воспоминаний. Одновременно больно друг другу делаем и стараемся лечить. Я благодарю без слов. Он дергает вверх уголки губ.

— Да вряд ли. Я пока не знаю, чего хочу.

Под легкомысленностью фразы кроется еще один мой страх. Я правда не знаю. И как-то не думается. Страшно.

Я не спрашивала у Айдара, ни что с моим ателье, ни что с арендованной квартирой. Я не звонила Аллочке. Почему не звонит она — тоже не знаю. Прошлую жизнь как будто обрубило аварией. Машиной переехало. А дальше-то что?

— А на юрфак не хотите? — Вячеслав возвращает меня в реальность. Удивляет — не то слово. Сразу же трезвею и быстро мотаю головой из стороны в сторону.

— Ни за что, слишком ответственно. Да и опасно…

Тарнавский усмехается. Айдар — нет. Продолжает смотреть на меня в задумчивости. Я чувствую.

— В чем опасность?

— Поиск справедливости провоцирует слишком большое сопротивление. Боюсь, не у всех есть силы на то, чтобы не свернуть… И не свихнуться.

— Так а может не нужно зацикливаться на справедливости? Между ней и полным… — Вячеслав пропускает слово, скашивая взгляд на Сафие, — есть множество вполне сносных вариантов.

Будь я совсем молодой и наивной, слышать такое от судьи не хотела бы. Сейчас во многом согласна.

Мягко улыбаюсь, пожимаю плечами:

— Я ничего не имею против компромиссов.

Отвечаю вроде бы ему, а по факту, всем.

Тарнавский улыбается.

— Вы производите удивительное впечатление, Айлин. Сильное.

Смущаюсь. Как благодарить — не знаю. Опускаю глаза, как учили в детстве.

Начинаю убирать со стола, чтобы сменить основные блюда десертами.

От помощи мужчин отказываюсь. Сафие сначала рвется помогать, а потом снова забирается отцу на колени. С ними ей, конечно же, интересней.

Сменяя блюда, я стараюсь не слишком прислушиваться к разговору. Но и разницу в интонациях не заметить просто не могу. Болтовня про университет, похвалы и смешные истории — это все было для меня, а вообще мужчинам правда есть, о чем поговорить.

Я половины слов не понимаю, но ясно, что они обсуждают какие-то сложные юридические конструкции.

Неловко от осознания, что своим предложением поиграть в семью, я сломала абсолютно деловые планы. А еще я очень-очень благодарна, что Вячеслав нам с Айдаром подыграл. Или мне. Даже не представляя, насколько этот вечер для нас важен. Каждый важен. Я собираю всё хорошее драгоценными камнями в свою сокровищницу.

Когда возвращаюсь за стол, атмосфера снова становится прежней.