Моя в наказание (СИ)

— Айлин… — Он окликает, я поворачиваю на новый круг. — На меня смотри.

Сжимаю губы. Ногтями впиваюсь в свою же кожу. Делаю еще два шага, но на этом мой протест заканчивается. Торможу и поворачиваюсь к нему лицом.

Смотреть? Смотрю. Ненавижу так, как никогда еще не ненавидела.

— Я в городе надолго, — сердце обрывается. — Пока с дочкой общение не нормализую — никуда не поеду. В твоих же интересах…

— Этого не будет, Айдар. Этого не будет. — Даже договорить не даю — мотаю головой.

— В твоих же интересах помочь, а не препятствовать. — Он давит словами, а я мотаю головой активней. Аж тошнит. Опускаю руки на стол, сжимаю борт так, как будто над обрывом вишу. Голова крутится, точки перед глазами…

— Это ребенок, Айдар, а не игрушка. Я не дам тебе эго потешить, а потом…

Правый уголок мужского рта едет вверх. Его улыбка не очаровывает, а пугает до ужаса. Как об стену горох все мои слова.

— А я тебя спрашивал разве?

Тишина звенит. Я ошарашена. Даже не знаю, что сказать."

"Нет. Не спрашивал. Я тону в отчаянье. Наверное, вот сейчас чувствую что-то похожее на то, что испытал он. Я разрушила его замок из песка. Он безжалостно смывает мой.

— Керимова Айлин Заировна… — Муж тянет мое новое имя, как будто душу за шнурок. Из меня. Обнажает. Оставляет без одежды и без кожи. — Барич тебе документы хорошо сделал, но я докажу, что поддельные. Понимаешь же, да?

Не отвечаю. Все силы уходят на то, чтобы спрятать дрожь.

— Тебе лучше со мной не бодаться, Айлин.

— Я тебя ненавижу… — Шепчу. В глаза бывшему мужу больше не смотрю. Максимум — на шею. Губы. Они снова улыбаются.

Он в своей стихии. Он приехал меня наказывать. Он хочет получить удовольствие.

— Я помню. Любила бы — иначе себя вела.

— У меня не было выбора.

— Уже не интересует, Айлин. Можешь считать, что теперь выбора нет у меня. Вдруг так тебе будет легче принять происходящее?

Новая пауза, вероятно, нужна для того, чтобы я разродилась ответом. Но его нет. Я стою на своей уютной кухне и пялюсь в грудную клетку бывшего мужа.

Он отталкивается от косяка. Щелкает пальцами, сознательно привлекая мое внимание таким унизительным жестом. Цепляет взгляд и не отпускает. Впитывает и мой страх, и мою ненависть. В любовь не верит даже тогда.

Разочарован во мне. Ото дна уже не оттолкнуться.

— Бежать не смей. Я еще раз найду. Даю тебе неделю, чтобы настроиться. Дочку тоже можешь начинать готовить. Вгонять ребенка в стресс я не хочу, но если ты окажешься не способной — представлюсь сам. Ты же своих ебарей папами не называла, правда?

Щеки вспыхивают. Я уверена, что он так не думает. Оскорбляет просто. Я глотаю.

— Я никогда не желала тебе зла, Айдар. Я поступила с тобой ужасно. Я готова извиниться. Я не буду оправдываться, потому что для тебя это все — слова.