Наследница Дивной усадьбы

Не хотелось, чтобы он оставался дольше в усадьбе.

Когда уже совсем стемнело, Салтыков вдруг заявил:

– Графиня, даже не знаю, как быть. Уже так поздно. И я не хотел бы скакать по ночной дороге, это опасно, да и холодно. К тому же мой конь сильно устал. Я так долго добирался к вам сюда. Могу ли я остаться на ночь?

Хотя просьба Салтыкова была мне не по душе, но отчего-то стало жаль его. Потому я через силу согласилась:

– Так и быть, оставайтесь. Но только на одну ночь. Я не хочу, чтобы возникли досужие сплетни о том, что вы были у меня в усадьбе.

– Не переживайте, графиня, никаких сплетен не будет. Я все пресеку. Я же ваш друг, правда?

– Да, именно друг, – кивнула я, медленно отпивая из чашки чай. И решила наконец расставить все точки над i, чтобы у Салтыкова не возникло ненужных иллюзий. – У меня есть муж. И я не расположена к интрижкам.

– Очень жаль, Любовь Алексеевна, вы многое теряете, если вы… – попытался увещевать он, коварно улыбаясь и явно пытаясь меня соблазнить.

– Евгений Васильевич, давайте закончим этот разговор. Я больше не хочу говорить на эту тему. Я устала. С вашего позволения, я пойду в свою спальню.

– Да-да, конечно, дорогая графиня.

– Увидимся за завтраком.

Торопливо покинув столовую, я даже облегченно выдохнула.

Общество Салтыкова не просто напрягало меня, а казалось пыткой. Неужели Евгений не видел, что он мне совершенно безразличен? Наверняка видел, но все равно продолжал эти свои зазывные речи. И я прекрасно понимала, зачем он притащился в усадьбу. Видимо, решил воспользоваться тем, что я осталась одна, и соблазнить меня.

Вечером, около одиннадцати, я уже была готова ко сну. Сидела за банкетке за туалетным столиком в пеньюаре и длинной ночной рубашке. Анечка уже уснула, а я собиралась расчесать волосы и тоже лечь спать. Танюшу я отпустила отдыхать еще час назад.

Сидя у зеркала, я расчесывала длинные волосы и с каким-то трепетным удовольствием оглядывала свою теперешнюю спальню. Сейчас комната преобразилась и выглядела совершенно по-другому. Светлая, чистая, уютная, хоть и небольшая. С новой дубовой мебелью, чистыми стеклами в окнах, с легким балдахином над кроватью – она казалась мне очень милой. Кроватка Анечки тоже была новой, удобной, на качающихся ножках.

Моя спальня мне очень нравилась.

Теперь наш с Анечкой особняк казался мне маленькой красивой резиденцией некой изысканной дамы с прекрасным садом, мраморными входными лестницами, ухоженными аллеями и обновленной оградой. Позавчера я даже наняла садовника, который ухаживал за парадной частью парка. Как раз на днях планировалось обрезание и стрижка старых деревьев, которые сильно портили вид центральной аллеи.

Раздался скрип дверей, я невольно обернулась.