Наследница Дивной усадьбы

Потому холодно улыбнулась и едко заметила:

– Благодарю. Вы так откровенны, сударь, что у меня даже нет слов.

Продолжая призывно улыбаться, Евгений с горячностью закивал и продолжал:

– Конечно. Я говорю, как есть.

– И что же вы хотите от меня?

– Я предлагаю вам стать моей любовницей, – заявил Салтыков. – Я сниму вам прелестный домик в центре столицы. Вы поселитесь там, а я буду приезжать к вам в гости.

От возмущения у меня даже задергался глаз. Каков наглец! Без приглашения заявился ко мне в дом, предлагает какие-то непристойные отношения и наверняка считает себя правым. Это отчетливо читалось в его вызывающем и дерзком взгляде.

Ну уж нет. Никаких новых мужей и уж тем более любовников без обязательств! И ни от каких мужиков я больше не хотела зависеть.

У меня было собственное поместье, любимая доченька и прекрасные жители в округе. И теперешняя жизнь меня вполне устраивала. Хватит с меня страстей и всяких там «чуйств с придыханием». Наелась уже. Я хотела спокойствия и счастливой жизни в своей усадьбе с дочкой.

– Скажите на милость, зачем мне ваш домик? – поинтересовалась я, недовольно хмыкнув. – У меня целая усадьба.

– Ну как же? Мы не сможем с вами встречаться здесь. Сюда мне совершенно не резон ездить. Столько верст! Очень далеко.

– Не ездите, я вас сюда не приглашала, – уже возмущенно заявила я.

Этот придворный распутник вел себя до того беспринципно и нагло, что так и хотелось ответить ему грубо.

– Графиня, вы не понимаете. Я могу счастливить вас, сделать желанной. Я буду дарить вам цветы, посвящать стихи. Вы не будете одна. Я вам подарю всю свою любовь.

Я моргнула пару раз и наконец поняла. Салтыков был из тех мужчин, которые не принимали отказа. Холодность дамы, наоборот, распяла его. Но я тоже имела характер и свои желания.

– Евгений Васильевич, мне кажется, наш разговор затянулся. Вы могли бы покинуть мою спальню? Я больше не желаю говорить на эту тему с вами, тем более ночью. Я устала и хочу спать.

Я надеялась, что после моих холодных слов он обидится и уйдет, но не тут-то было. Салтыков демонически оскалился и начал приближаться ко мне, подкрадываясь, словно хищник к своей жертве.

– Я всегда был в восхищении от вас, Любовь Алексеевна… если отдадитесь мне, вы не пожалеете.

Быстро приблизившись, он бесцеремонно схватил меня в объятья и прижал к себе. Я тут же начала вырываться из его рук, возмущенно выпалив:"

"– Что вы творите? Отпустите меня! И немедленно уходите из моей спальни.

– Нет-нет, графиня, вы должны мне пообещать, что я смогу надеяться на вашу благосклонность. Поверьте, вы не пожалеете.

Он попытался поцеловать меня, я же начала неистово вырываться и отворачиваться.

– Оставьте меня в покое! – цедила я, пытаясь отцепить его руки от своей талии.