Наследница Драконов

А сейчас — вот он собственной персоной, за два дня до заражения оборотней и моего приезда сюда. Зафиксированный техникой, которую не обманешь.

— Стоп, — взволнованный Джезуальдо даже встал и сходил в прихожую за сумкой. Из нее он достал планшет в коричневом кожаном чехле и поставил его на стол. — То, что мы видим — этого просто не может быть. Я же не последний болван. Первое, что я сделал — проверил, приходил ли Фреди. Вот, любуйтесь. Все записи с камер нашего холла, я их скоро наизусть буду знать, по сто раз пересматриваю. Можно сверить время, кстати, никакого баронета Эйша у входных турникетов и в помине нет. В записях охраны он тоже не значится, по фотографиям его не опознали.

Некоторое время он прокручивал для нас видео холла примерно того часа, когда Фредерика зафиксировали у кафе. Действительно, никого похожего и близко не было.

— Пустой видос, — согласился Спичка, незаметно оказавшийся за нашими спинами и тоже с любопытством разглядывающий черно-белые кадры. — А с улички у дома снимали?

— Может и есть уличные записи, но какой в них смысл? — пробурчал Веноза, листая страницы. — Внутрь то он, получается, не заходил. Даже если проходил мимо, мало ли… Университетский городок небольшой, может он кофе в этой кафешке каждый день пьет, предъявить ему обвинения за вкусовые пристрастия мы точно не сможем.

Найдя папку с нужным времени, он нажал на включение, и мы снова увидели дорогу, машины и снующих туда-сюда людей.

Минуты через две у дверей лаборатории, сразу следом за дородной темнокожей женщиной в строгом офисном платье, появился… баронет. Он пригладил волосы, дернул за длинную вертикальную ручку на входной двери и… вошел внутрь.

Вошел. Чтобы исчезнуть. Не появившись в самом помещении.

Пока мужская часть горячо обсуждала произошедшее, я повернула к себе планшет, чтобы еще и еще раз просмотреть исчезновение Фредерика. Мои пальцы подрагивали.

Я смотрела на ранее близкого мне человека и испытывала целую бурю эмоций. Как бы ни был нежен и внимателен оборотень, я стеснялась откровенного мужского интереса и переживала, что так быстро иду навстречу его обаянию. Внутри меня сидело и грызло изнутри чувство неправильности происходящего.

Только несколько дней назад я была невестой другого человека. Строила планы, мечтала о первой ночи, верила и любила.

Правильно ли было так легко поставить крест на Фредерике, не поговорив с ним, не сложив полную картину? А что, если он продолжает считать меня своей невестой? Борется сейчас за обеление своего имени, мечтает о встрече? Ликантропия — не смертельное заболевание для оборотней. Фреди мог преследовать какие-то иные, намного более важные цели и для этого пойти на временное выключение волчьих кланов из игры.