Где властвует любовь

Он выгнул бровь.

– Включая тебя?

– Вообще-то я считаю леди Уистлдаун довольно проницательной, – сообщила Пенелопа, чопорно сложив руки на коленях.

– Кого? Женщину, сравнившую тебя с перезрелой дыней?

На щеках Пенелопы вспыхнули два красных пятна.

– С перезрелым цитрусом, – процедила она. – Уверяю тебя, это разные вещи.

Колин окончательно убедился, что женский ум – это нечто загадочное и непредсказуемое, чего мужчине никогда не понять. На свете нет женщины, способной добраться из пункта А в пункт Б, не остановившись по пути в пунктах С, Д и X.

– Пенелопа, – сказал он, недоверчиво уставившись на нее, – эта женщина оскорбила тебя.

– Все, что она пишет, не более чем правда, – ответила она, скрестив руки на груди. – И признаться, она была довольно добра ко мне, с тех пор как мне позволили самой выбирать себе одежду.

Колин застонал.

– Мне казалось, мы обсуждали нечто более важное, чем тонкости дамского гардероба.

Глаза Пенелопы сузились.

– Еще бы. Мы обсуждали неудовлетворенность жизнью самого популярного мужчины в Лондоне.

Последние четыре слова она произнесла с нажимом, и Колин понял, что его пытаются поставить на место.

– Не знаю, с чего я взял, что ты поймешь, – буркнул он, злясь на себя за ребяческие нотки, прозвучавшие в его голосе.

– Извини, – сказала она, – но мне нелегко сидеть и слушать, как ты жалуешься, что твоя жизнь не удалась.

– Я этого не говорил.

– Говорил!

– Я сказал, что моя жизнь пуста, – поправил он, сознавая, кик глупо это звучит.

– У тебя более интересная жизнь, чем у кого-либо из моих знакомых, – заявила Пенелопа. – И если ты этого не понимаешь, тогда, возможно, ты прав – твоя жизнь пуста.

–. Все это слишком сложно, чтобы объяснить в двух слоних, – пробормотал он, все еще сердясь на себя.

– Если тебе нужна цель в жизни, – сказала она, – так, ради Бога, выбери ее и постарайся достигнуть. Перед тобой лежит весь мир, Колин. Ты молод, богат, и ты мужчина, – с горечью закончила она. – Ты можешь добиться всего, чего пожелаешь.

Колин скорчил недовольную гримасу, что было неудивительно. Когда человек убежден, что у него есть проблемы, не слишком приятно слышать, что они не стоят выеденного яйца.

– Все не так просто, – проворчал он.

Пенелопа устремила на него долгий взгляд, впервые в жизни усомнившись, что она знает Колина.

Она думала, что знает о нем все, но не подозревала, что он ведет дневник. Что у него вспыльчивый характер. Что он не удовлетворен своей жизнью.

И что он настолько избалован, чтобы хандрить, не имея на то особых оснований. Какое он имеет право сетовать на свою жизнь? Как смеет жаловаться, особенно ей?

Она встала с кресла и расправила юбки неловким, вызывающим жестом.