Не Барби для босса (СИ)

 — придерживаю ее за бедра, не давая подняться. — Так что, расскажешь, кто это?

— Так вы поэтому меня игнорили с вечера и смотрели, как на дерьмо собачье? — невесело усмехается Женя, а я молчу и жду, как она будет оправдываться. — Это любовники мои. Один по четным дням, другой по нечетным.

Зверею.

Она внезапно ногами отпихивает мое кресло и вскакивает на пол, отбегает от меня на пару шагов.

— Дайте ключ.

— Ну, что ты врешь-то, Смирнова? — вздыхаю и встаю, достаю связку ключей.

Иду с ней к двери, но поравнявшись с Женькой, ловлю ее в объятия. Подхватываю на руки.

— Я ревную, поняла?! — рявкаю так, что стекла трясутся.

Если еще кто-то не в курсе наших отношений, то скоро будет в курсе.

— И поэтому назло решили Ирку в кабинете трахнуть, — поджимает губы Женя. — Подсобки же мало было? Надо сменить обстановку!

— Господи, Смирнова, что ты несешь? Понаслушалась сплетен и туда же!

— Зато кабинет своими глазами видела! — шипит Женя и я замечаю, как с ее ресниц срываются первые злые слезинки. — Рассказывайте теперь, что вы не такой!

— А что мне рассказывать-то? — быстро иду к столу, сгребаю все с него в сторону и опрокидываю Смирнову на столешницу. — Я тебе сейчас докажу!

Глава 22. Роман

— Отпустите меня! — рычит Женька и взвизгивает, потому что я рывком стаскиваю с нее штаны.

— Кто эти двое парней? — хриплю, дёргая ремень так, что рвутся хлястики на брюках.

— Любовники! — не унимается моя тигрица и пытается оттолкнуть меня. — Помогите!

Склоняюсь и затыкаю ей рот поцелуем. Смирнова мычит и брыкается, но с каждой секундой тише, а потом и вовсе льнет к моей груди и жадно шарит пальцами по щеке, будто проверяет, реальный ли я.

Не сдерживаюсь больше. Подхватываю ее под ягодицы и сдвигаю чуть ближе к краю. Толкаюсь бедрами, врываясь в нее до упора.

Женя жмурится и скулит мне в губы, тут же сжимая мой член мышцами до искр из глаз. И я тоже непроизвольно стону.

Отстраняюсь и разгоняюсь до максимума. Больно впечатываюсь бедрами в ребро столешницы. Врезаюсь так, что тяжёлый, дубовый стол трясется при каждом толчке.

Женя вскрикивает все громче, мечется в бреду, скидывая на пол то, что осталось на столе. Забываясь, громко стонет. Закатывая глаза, ритмично сокращается.

От одного наблюдения за ее оргазмом меня тоже уносит в бездну. Рычу, замедляясь и стараясь войти ещё глубже. Судорожно выдыхаю, разряжаясь спермой в ее тугое влагалище, выжимая себя до самой последней капли.

Медленно опускаюсь на локти, нависаю над Женькой и вглядываюсь в ее лицо. Ее взгляд потеряно блуждает по мне.

В нашем сексе не было и капли нежности и романтики, но, черт, это был самый желанный секс в моей жизни!

— Все, Жень, теперь ты только моя. — усмехаюсь и коротко целую ее в губы.