Не рассказывай

Он гладит меня, мой округлившийся живот. Привыкает к новости. Нам столько всего предстоит обдумать! Где будем жить, бюджет, покупки… Но мне почему-то спокойно. Он легко принимает решения, прислушивается ко мне. А значит, всё будет хорошо. Самое главное, что мы одинаково видим будущее.

Наконец-то я к нему готова. А Денис, кажется, всегда был готов.

О, я же почти уволилась с работы! Но узнала о своем положении и пришла к Богдану. Заявила, что забираю заявление и по закону он меня уволить не может. Потребовала нормированный рабочий день и отпуск. Я столько лет отдала этой фирме, что имею право на законное вознаграждение. Босс согласился.

Наши выходные наполнены бездельем. Денис радуется возвращению в цивилизацию, рассказывает байки. Я смеюсь до слез. Также мы говорим по душам и дарим друг другу признания. Искренние, возможно, громкие. Я чувствую небольшую неловкость, потому что никогда раньше не говорила о любви так много. Ни с родителями, ни с бывшим мужем.

Денис же… Повторяет без устали:

— Я люблю тебя. До одури люблю тебя, Ксюша. — Ему будто кричать хочется о своих чувствах. Он ими наслаждается. Вообще наслаждается жизнью."

"А мне непривычно! У меня волоски на коже дыбом и краска на щеках. Глаза опустить хочется от смущения, а от удовольствия дрожь по телу.

— И я тебя люблю, Денис, — говорю в ответ, полностью капитулируя.

В понедельник мы навещаем его маму и сестер, рассказываем новости о свадьбе и беременности. Обнимаемся, целуемся. Я практически не волнуюсь, знаю, что всё будет хорошо.

А вот в следующие выходные мы отправляемся к моим родителям. Идея эта точно не моя. Я умом понимаю, что нужно, но до последнего пытаюсь отговорить Дениса:

— Нам не обязательно делать это сейчас. Можем подождать еще пару недель.

Он бросает на меня долгий выразительный взгляд и заводит двигатель «Креты». Я откидываюсь на заднее сиденье и закрываю глаза.

— Мы расписываемся через месяц. Ты хочешь тайно? — шутит.

— Отличная идея! — хватаюсь за нее.

Денис смеется.

— Всё будет хорошо, — берет меня за руку. — Эй

— Моя мама… она непростой человек.

— Я всё знаю, Ксюша.

Он сжимает мою руку.

— Раньше она управляла моей жизнью. Мне хотелось что-то доказать ей. Она несчастна. И… ничего не делает для того, чтобы исправить ситуацию. Прошло много лет прежде, чем я смогла стать самостоятельной.

— Мы с тобой очень крутые, — говорит он. — Я это знаю, ты это знаешь. И у нас будет потрясающий ребенок. Светленький, я полагаю. Возможно, кудрявый, как ты.

Я улыбаюсь.

— Может быть.

— Если твои родители захотят, то будут с нами дружить. Первый шаг мы сделаем. Если нет, то это их проблема. Но руки твоей я попросить должен. Верно мыслю?

— Да. Еще как. Ты, главное, не обижайся. Если вдруг что.

— Меня сложно обидеть.