Не рассказывай

Обращаюсь к тете, которая настроена нейтрально-позитивно. У нас неплохие ровные отношения: — Денис тогда еще служил в ОМОНе, помните же тот случай, когда за городом террористы заложников держали? Я так за него перенервничала! Любая бы на моем месте забеременела, — смеюсь.

Тетя тоже смеется и хвалит шутку.

— Вот дура! — качает головой мама. — Сколько учила тебя, сколько рассказывала! Сейчас бы в Болгарии вместе с Андреем отдыхала.

Я не упоминала, кто Денис, и какие у него перспективы. Об этом говорить не стоит. Он в структурах, этой информации им хватит."

"— Ты себе даже не представляешь, мам, насколько он крутой, — обрубаю решительно. — И как я рядом с ним счастлива. Если бы ты хотя бы на секунду это осознала, ты была бы так рада за меня! Так гордилась!

— В отца пошла, — фыркает она. — Всё в облаках летает! Дура дурой выросла.

В этот момент дверь открывается, и Денис заходит в кухню. Он точно слышал последние слова. Мне так стыдно!

— Ксюш, нам пора, — говорит он мягко. Смотрит на мою маму и предостерегающе качает головой. А потом произносит: — Ваша дочь — самый лучший человек из всех, кого я встречал. Я был готов на всё, чтобы только быть рядом. На любые условия. Вы же… близкий ей человек, но так ничего и не поняли. Не поняли, как вам повезло с ней.

Мама молчит.

— Я уже иду, Денис, — говорю я послушно.

Мы могли бы остаться на ночь, если бы нам было здесь уютно. Мы могли бы болтать весь вечер о своих планах на покупку новой квартиры. О том, какую я присмотрела детскую. О свадьбе, которую мы ждем с нетерпением. О платье, в которое я влюбилась в одном магазинчике.

Я быстро вытираю руки полотенцем. Обнимаю тетю, прощаюсь с мамой.

Она не поймет, что можно просто быть счастливой.

— Если ты сменишь тон, то можешь позвонить мне, — говорю я напоследок. — Я люблю тебя, мам, что бы ты обо мне ни думала. Но я буду с ним. Всегда. И я хочу еще детей. И именно от него.

Она качает головой и кажется, плачет.

В машине мы с Денисом сначала молчим. Потом он кладет руку на мое колено.

— Всё в порядке, — говорю я. — Обычный вечер в кругу семьи. Не было бы тебя, докопались бы до другого. Ей просто не угодить.

— Тебя больше никто не обидит. Не оскорбит, не обзовет и не нагрубит. Никогда. И… особенно я. Язык себе отрежу, клянусь.

Я много раз моргаю, чтобы не разреветься. Отворачиваюсь к окну.

— Меня никогда не оскорбляли ни мама, ни отчим, — продолжает он. — Может, поэтому я легко отношусь к подобным словам. Не принимаю их близко, иногда они вылетают автоматом. Но я больше не буду. Я… часто вел себя грубо, и не замечал этого. Пожалуйста, прости меня.

Я киваю. Он берет мою руку и переплетает наши пальцы.

— И ты меня прости, — говорю я. — Я была резкой, ядовитой. Мне хотелось ранить. Мне так жаль.

— Я всё для тебя сделаю, Ксюша.