Неподходящий

Глаза с забитым выражением внутри зрачков покраснели и опухли, тушь осыпалась и потекла, помада естественного оттенка местами смазалась, а кожа на лице зудела от высохших слез, успевших смешаться с тональным кремом. Видеть себя такой, раздавленной и слабой, было неприятно, но радовало, что она сумела дать одному подонку полноценный отпор.

В детстве Кира боялась подобной встречи. Измучила и себя, и бабушку с дедушкой ночными истериками из-за кошмаров, главным действующим лицом в которых был тот, кто для любой нормальной маленькой девочки являлся рыцарем без страха и упрека, защитником и оплотом спокойствия. Не в ее случае, разумеется.

Она ни одну минуту своей жизни не чувствовала себя в безопасности. Наверняка, даже находясь в утробе, ребенок хорошо понимает, в какой атмосфере живет его мать. Кира давно выяснила, что первые зачатки агрессии ее — пропади он пропадом, — отец стал проявлять задолго до ее появления на свет.

Проблемы с контролем гнева, вспышки ярости, беспочвенные скандалы грандиозного масштаба — ей самой довелось сполна наблюдать разлагающиеся отношения родителей. Позднее, когда этот подонок вкусил безнаказанности и жестокости на несколько жизней вперед, стало в разы хуже: побывав в горячей точке, он уже и не пытался сдерживать себя. ПТСР добило его и без того шаткую психику, уничтожив последние остатки самоконтроля.Да и зачем ему было себя сдерживать? Никто не собирался наказывать действующего опера. Все видели и отмечаток огромной ладони на лице двухлетней Киры (заполучила она его через пару дней после возвращения отца домой со службы, когда бегала по комнате с мячом и не реагировала на замечания почти незнакомого ей мужчины с жутким взглядом), и синяки на лице мамы; знали о том, как он обращается с задержанными и подозреваемыми (впрочем, вряд ли его коллеги сильно отличались и помнили о верховенстве закона и правах лиц в уголовных расследованиях), — и считали происходившее нормальным.Его даже после убийства Кириной мамы задержали не сразу. Тянули время, пытались воспользоваться растерянностью потерявших дочь бабушки и дедушки в собственных интересах, замять зарождающийся скандал. Помогло только обращение к правозащитникам, сумевшим устроить в обществе резонанс, благодаря которому на покрывавший своего сотрудника отдел посыпались проверки и визиты высших должностных лиц.

Думать, на что ее подонок-отец был способен тогда, да и сейчас, Кира не желала, но откат после сильнейшего стресса накрывал ее, не спрашивая разрешения.