Неподходящий

— Раз ты так говоришь, — согласился он тем не менее, а затем, неожиданно придвинувшись к ней еще ближе, заговорил снова: — Кира, я… Ты не хотела бы сходить со мной… на свидание? — выпалил он на одном дыхании, впервые на ее памяти растеряв всю свою холодность и безэмоциональность."

"Несколько долгих и ужасно неловких секунд Кира не знала, что сказать.  Точнее, смысл ответа был предельно ясен: все в ней в миг взбунтовалось, восстало против притязаний на ее чувства со стороны того, кто не был Сергеем, — но обижать ни в чем неповинного Андрея грубостью ее разумная, не поддавшаяся вспышке эмоций часть отказывалась.

— Извини, — произнесла Кира наконец. — Я уже в отношениях.

Глаза напротив удивленно распахнулись.

— Это ты извини, — ответил Андрей ровно, уже обретя свой типичный облик. — Мне казалось, ты свободна. Не замечал рядом с… — Он не договорил, но не озвученный конец фразы был понятен.

Стараясь не смотреть на Андрея, чтобы не смущать ни себя, ни его, Кира поднялась.

— Ничего страшного, мы с… Впрочем, неважно. — Она вздохнула и, потерянно озираясь по сторонам, принялась поспешно прощаться: — Извини еще раз, но мне уже нужно уходить. Увидимся в офисе, да?

— Да, конечно. — Андрей кивнул, тоже избегая встречаться с ней взглядом. — Может, тебя проводить?

— Что? — Мыслями Кира, успевшая вытащить из маленькой сумочки телефон, уже была не здесь. — А, нет, спасибо. Меня встретят. Пока!

Андрей тоже попрощался, но Кира едва ли его слышала, а свернув за угол, по направлению к гардеробу, и вовсе на время забыла о случившемся разговоре.

Накинув пальто, она вслушивалась в длинные гудки, скоро прервавшиеся низким и взволнованным:

— Кира?

— Привет, — выдохнула она. — Я тут подумала… Ты не мог бы забрать меня к себе? Прямо сейчас?

Эпилог

Двенадцать лет спустя

— Кир-р-р-а, — протяжно выдохнули ей прямо в ухо и сразу же, коварно пробравшись под тяжелое одеяло, пощекотали бок. — Просыпайся, мечта.

Она лишь поудобнее устроилась на мягкой подушке, закрыв рукой глаза и глухо зафырчав куда-то в основание собственного локтя, как потревоженный нерадивыми хозяевами кот, когда горячая мужская ладонь на ее теле перешла от игривой щекотки к томной ласке и нежно обхватила грудь сквозь шелковую ткань пижамы.

— Сереж! — возмутилась Кира и невольно выгнулась под влиянием осмелевших, имеющих право на все, рук. — Я хотела поспать! Первое января, я целый год мечтала о том, как просплю десять час… А-а-х! — Сжав затвердевший сосок пальцами, ее невозможный, совершенно обнаглевший муж устроился вместе с Кирой под одеялом и прижался к ней со спины. — Пощады не будет, да?

В ответ раздался тихий смешок, перышком пролетел через пряди волос и коснулся ушной раковины.